- Значит так, гвардейцы мои. Все, что я сейчас расскажу и сделаю – останется здесь и не выйдет за пределы избы. Вы знаете, что я издалека, и там научились лечить многие болезни, которые у вас считаются смертельными. Лечат так, что лекарство остается в крови до конца жизни. - а как им еще про иммунитет и прививки объяснить? - Поэтому сегодня я хочу сделать вам подарок: кровь моя, которая попадет в вашу, передаст все полезное, что в ней есть.
- А тебе, командир, с того худого не будет? Не уйдет лекарство?
- Не уйдет. И у меня останется, и к вам перейдет. Подходите по одному, - мальчишки притихли, пытаясь осознать, насколько бесценный подарок им делаю.
Первым, подавая пример, подошел Добрыня. С тревогой посмотрел на меня, но расслабился, поймав мою ободряющую улыбку. Я надрезала под большим пальцем левой руки и протянула нож юноше. Тот без колебаний полоснул по ладони и прижал свою рану к моей. За ним подходили остальные. Когда мы закончили, я протерла кинжал чистой тряпицей, оставленной здесь верной Смешкой, и прижала ее к руке, останавливая кровь.
- Если у кого жар легкий или ломота начнется – это нормально. День-два – и пройдет.
Ребята переглянулись, и Добрыня выступил вперед. Поклонился.
- Благодарствуем за дар твой неоценимый, командир. Никогда не расплатимся за сие.
- Старшую дружину князя побьете на турнире – и будет мне награда. А теперь, марш по домам, праздновать! И чтоб завтра на занятиях все как один были!
Мои преторианцы кланялись, как я учила, прижимая кулак правой руки к сердцу, и расходились по одному. Верный Добрыня потоптался, но и его я отправила восвояси. Пусть, отпразднует, заслужил мальчишка, больше всех на тренировках выкладывается.
Посидела еще немного, подумав о себе и прикинув планы на будущее, да и пошла наружу. Дела никто не отменял, даже если день сегодня праздничный. Делаю шаг за порог и натыкаюсь на Драгомира. Стоит у стены, небрежно прислонясь спиной, руки на груди скрестив. Обманчиво расслаблен, но серые глаза внимательно осмотрели меня с ног до головы.
- Ты чего тут? – спрашиваю.
- Да так. Решил посмотреть, откуда твои волчата идут с такими загадочными рожами. А что с рукой? - кивает он на окровавленную тряпицу.
- Порезалась.
- В избе? – иронично изгибает он бровь.
- Ага. Неловкая я. Как тебе присяга? – перевожу разговор.
- Хорошо все получилось. Торжественно, молодец. Но у меня вообще-то к тебе дело.
- Слушаю.
- Поехали ко мне.
- Чего? – таращусь как ненормальная.
- Это не то, что ты подумала, пошлая женщина! Проверить мне кое-что нужно. На капище. Оно недалеко от дома моего. Посидишь у меня, пока я работать буду.
- Я там точно нужна?
- Точно. Иначе бы не просил.
Мы выехали из города, и я невольно посмотрела на виднеющуюся вдали избушку травницы. Сегодня нам надо было в другую сторону, а то бы я заскочила поинтересоваться прогрессом в косметической отрасли.
- У Мары была? – невзначай поинтересовался Драгомир.
- Доложили?
- Яра, ты забываешь, что я – волхв. И вижу больше, чем обычные люди. К ней можешь ездить спокойно, она плохого не сделает.
- Она мне сказала, что ты меня прикроешь, если что.
- Вот как? От нее не ожидал. Приятно.
- Так что – прикроешь?
- А надо? – с хитринкой улыбнулся Драгомир.
- Тебе виднее, ты же у нас видишь больше, - ехидно возвращаю улыбку.
- Вижу. Пока вижу, что непросто нам будет. Всем. Ничего, справимся.
По еле видной тропке неторопливо едем около получаса. Лес, как и везде в округе хвойный, но в этот раз какой-то неопасный. Или от спутника зависит? Выезжаем на поляну, и я вижу сруб из гигантских, в два обхвата, бревен. Покатая крыша заботливо укрыта растущим на ней мхом. Я отчего-то понимаю, что сооружение древнее, хотя бревна выглядят едва ли не свежесрубленными. Ощущение, что дом живой и внимательно смотрит на меня глазами-окнами, не покидает. Невольно начинаю настороженно оглядываться по сторонам.
Внутри небольшие сени переходят в просторную светлую горницу. Справа – в дальнем углу – печь, возле нее стол с лавками, с противоположной стороны, у окна хозяйское кресло с небольшим круглым столиком. Стена, что без окон, полностью занята стеллажами с книгами, есть и рабочий стол. Судя по закрытой двери, дальше еще одна комната, отведенная под спальню хозяина. У шкафов с книгами и возле лавки лежат веселые вязанные дорожки, а под креслом хозяина - огромная медвежья шкура. Я скептически смотрю на волхва.
- Что? Это не я! Подарили. Да так, что и не откажешься, - поясняет он, - кофе будешь?
- Я уже почти забыла, что это.
- Здесь его и правда нет, - улыбается Драгомир, - я у печки пошуршу, а ты садись в мое кресло, оно самое удобное.
- А почему одно? – любопытствую я
- Потому что гостей у меня не бывает. Ты - первая.
Вскоре по горнице начинает разноситься умопомрачительный аромат и передо мной ставят глиняную чашку с напитком. Я отхлебываю и издаю стон удовольствия. Недолго думая, Драгомир усаживается прямо на шкуру у моих ног и смотрит на легкой с улыбкой в серых глазах. Руки расслабленно лежат на согнутых коленях, но я вижу крепкие мышцы под рубахой.
- Ну, как?
