Щавей впереди меня восседает, задрав нос, как генерал перед сражением. И что-то мне подсказывает, что ведет он меня мимо своих знакомцев, чтоб больше народу заметило. Да и ладно, крюк небольшой, а у мальчишки авторитет до небес вырастет: на коне, да с княжьей гостьей прокатился! Чувствую, что наплетет он им с три короба, что ехали воевать и всех победили.
- А ты, госпожа Яра, знаешь, что про тебя в народе бают?
- Даже не могу представить.
- Что тебя боги послали. И поэтому тебе отказу даже от князя нет.
- Ну, это не самое страшное, что про меня говорить могут, - смеюсь я.
- А челядинки с боярских хором баяли, что боярышни косы плетут как у тебя, да только не выходит. Служанку твою даже подкупить пытались, чтоб научила – отказалась она. А еще они песни учат, им сама княгиня приказала. Чтоб на пиру не опростоволоситься.
- Вот как? Значит весело будет.
- А молодшую дружину, что ты обучаешь, уже кличут «Ярины волки», - просвещал меня неожиданный сборник новостей, - к ним теперь даже самые буйные драчуны в Миргороде не лезут. Говорят, ты таким ухваткам хитрым учишь, что их побить никто не может.
- Раз побить не могут, значит хорошо учу. А волки – почему?
- Так это понятно! У тебя зверь энтот на мече. И загрызешь ты за них любого, как волчица. Давеча вон как боярина Чудинова за грудки взяла, я сам видал!
- Нарывался он. Слушай, а ты когда все успеваешь? И видеть, и слышать, и работать?
- Дык я когда до дому, в Посад ухожу, с дружками своими вижусь. А оне кто где: кто в лавке на торжище подсобляет, кто в доме боярском. Слушают, что народ бает. И мне рассказывают.
-Хм… вот как? Знаешь что, дружок: ты вечером, когда работу будешь заканчивать – ко мне забегай. Интересно мне, что в городе творится. Смешке моей скажешь, что я приказала, она пропустит.
Продолжая беседовать, мы с малолетним разведчиком неторопливо выезжаем за ворота города. Малец указывает пальцем в сторону дальней рощи и Серко переходит в галоп. Довольно споро подлетаем к небольшой опрятной избе. Позади нее замечаю разбитый огород с травами, защищенный небольшим плетнем по периметру. Спешиваюсь, оставляя Серко на попечение многогранного поваренка. Стучусь. Дверь мне открывает миниатюрная женщина в более чем преклонном возрасте, но назвать ее бабушкой – у меня бы язык не повернулся. Слишком проницательны зеленые глаза и слишком горда осанка.
- Доброго дня, гостьюшка дорогая. Заждалась уж, а ты все не едешь, - отходит в сторону и пропускает тебя внутрь.
- Ты знаешь кто я, травница? – мне указывают на лавку у стола. В избушке дивно пахнет разноцветьем, пучки трав висят на веревках под потолком или заботливо разложены по полотняным мешочкам на полках. Полумрак, но уютно, доброжелательно как-то. В комнате, помимо нас, у очага стоит девочка-помощница, растирает что-то в каменной ступке. Видимо привыкла она к гостям, кивнула мне, да и вернулась к работе.
- О тебе только глухой не слышал, Яра-воительница. Город как осиный улей, гудит. Особенно после пира княжеского.
- А ты много знаешь, хоть и живешь на отшибе.
- Люди приходят, люди говорят. А я – слушаю.
- И ты знала, что я приду?
- Камни раскидывала, смотрела. Ко мне была твоя дорога.
- Может ты еще видела – зачем?
- Да ты сама еще толком не решила, - слегка улыбается Мара.
- Верно. Но давай так – я тебя кое-чему научу, и ты для меня это сделаешь.
- Ежели худое что – не буду! – тут же хмурится травница.
- Тут впору мне опасаться, - улыбаюсь я, - мало ли кому уже дорогу перешла.
- Не смогут. Хотя и попытаются. Защита на тебе, - кивает она на кольцо, - да и Драгомир укроет. Ему силушки хватит.
- Ладно, о грустном не будем. Я тебе сейчас расскажу про такую штуку – гидролат называется. Концентрированная вытяжка из трав. А ты мне на основе этого сделаешь крем.
После этого мы с Марой поймали одну волну. Оказывается, косметики как таковой здесь не существовало от слова совсем. Студеной водой умыться, да в бане попариться. Двадцать пять – уже старуха и многодетная мать. Прихорашиваться некогда. И нечем.
В общем, совместными усилиями мы прикинули состав будущих кремов. Тестовые образцы мне было обещано подготовить через пару дней. Натурально, эффективно – думаю, должно зайти в массы. Если все пойдет как надо, то скоро, глядишь, и лавочку какую-то открыть можно будет. А там и до салона красоты недалеко. Местные кумушки быстро распробуют, особенно если запуск продукта пойдет из княжьих хором. Как же устоять, «ежели сама княгиня» таким пользуется. А что? Не все же мне приживалкой у Велеслава на подворье околачиваться.
В радостном расположении духа я с Щавеем вернулась обратно. Как всегда, с гордостью посмотрела на свой тренировочный угол. Он преобразился разительно – местный плотник достаточно быстро смекнул, что мне надо, и теперь у стены стола шведская стенка и турник. А ведь поначалу мои волчата и подтянуться больше пяти раз не могли. Ан – нет, втянулись, теперь за уши не оторвать, пресс качают и колесо вертят. А наказание «десять отжиманий» теперь воспринимается как ерунда, сделал и дальше побежал.
