- Ко мне, - уверенно прорычало мое чудовище.
- Не-а, - мурлычу я, потираясь носом о его разгоряченную кожу, - мне и у князя хорошо.
- А мне нет, - безапелляционно заявляет воевода, - моя женщина должна быть рядом со мной.
- Кто тебе сказал, что я – твоя женщина? И что-то тебе должна? – начинаю закипать я. Терпеть не могу, когда на меня давят. Что-то рановато началось: «женщина, сиди-молчи, будет как я скажу».
- Я знаю, что ты - моя женщина.
Приподнимаюсь на локте, внимательно смотрю в опасно сузившиеся голубые глаза. Как же не хочется ругаться, да еще и сразу после такого умопомрачительного секса. Рановато начались проблемы. Малодушно соскальзываю с кровати, подхватываю рубашку и шлепаю босыми ногами в ванную. Там еще должна была остаться горячая вода. Быстро ополаскиваюсь, продумывая предстоящий разговор. Я не хочу отношений, особенно таких, когда меня через колено ломать будут. Тем более, что упрямо не оставляю надежды вернуться обратно. И ведь вполне меня устраивала моя текущая жизнь. Ан нет, угораздило пойти на поводу своего либидо. Когда возвращаюсь в горницу, одетый Беригор сидит в кресле и сумрачно смотрит на меня.
- Поговорим? – скорее утверждаю, чем прошу я. На спинке другого кресла висит расшитый бархатный халат, отшитый местной швеей и перевезенный с частью моих вещей. Она, конечно, удивилась моему заказу, но сделала именно то, что я просила: на запахе и с поясом. Чувствую, что нововведение пойдет в массы, не в первый раз растаскивают мои идеи. Накидываю халат и открываю дверь в горницу. Разговаривать перед развороченной горячим сексом постелью мне не хочется. Машу рукой, чтобы воевода присел на лавку, сама остаюсь стоять. Мы заговариваем одновременно.
- Мне не нужны отношения.
- Выходи за меня замуж!
- Что? – вырывается у нас обоих.
С ужасом смотрю на Беригора, он с возмущением – на меня. У него начинают гневно раздуваться ноздри, и я перехватываю инициативу.
- Послушай, Гор. Давай расставим все точки над «ё». Постель – не повод для женитьбы.
- А если я хочу на тебе жениться просто потому что хочу? – взрыкивает он.
- Ты же знаешь, что я чужестранка… - начинаю я.
- Я знаю, что ты – иномирянка, - оглушает он меня.
- Как?
- Драг рассказал, когда тебя отравили. Но это ничего не меняет.
- Как не меняет? Он разве не сказал, что я хочу вернуться?
- Зачем тебе возвращаться, Яра? Неужели там лучше, чем здесь? – он вскакивает с лавки и сжимает мои плечи руками, нависая надо мной своим немалым ростом.
- Там все другое. Привычное, удобное…
- Скажи, что сделать для тебя удобнее и я сделаю!
- Там мой дом. Там такие технологии, которых здесь не будет еще очень и очень долго. Это как… сравнить меч из прутика и настоящий. Гигантская пропасть, которую не преодолеть, - грустно улыбаюсь и делаю шаг назад. Чтобы вырваться из его рук. Нельзя привязываться, иначе будет больно отрывать себя от него.
- Получается вещи для тебя важнее людей?
- Я говорила это Велеславу и скажу тебе: я не хочу начинать отношения, у которых нет будущего. И ты, и он хотите рядом видеть тихую покорную женщину. Которая будет вышивать у окна и рожать наследников. А я этого не смогу сделать никогда. И не потому, что не хочу… - добавляю едва слышно. Опускаю глаза и невольный озноб от осознания своей ущербности заставляет зябко передернуть плечами. Чувствую взгляд несостоявшегося любовника на себе. Гордо вскидываю голову, ибо ненавижу, когда меня жалеют. Вижу в его глазах мучительную борьбу. А потом тухнет огонь в его глазах, губы складываются в тонкую линию. Вот и все. Увы и ах, этот примитивный мир требует обязательного продолжения рода.
Начинаю понимать, что чувствовал князь, когда ему из каждого угла бубнили про наследника и долг его родить. Что ж, хорошо, что мы с Беригором разобрались в самом начале, не дойдя до скандалов и упреков. Воевода открывает рот, и я понимаю, что точка сейчас будет поставлена. На душе становится гадостно, но я не подаю вида, гордо вскидываю подбородок. Если и буду реветь от жалости к себе, то только одна и в подушку.
Не успеваю первой обрубить этот тяжелый разговор, ибо внезапно раздается стук в дверь. Чтобы сдержать предательские слезы, поворачиваюсь и иду открывать. На пороге стоит запыхавшийся стражник.
- Госпожа Яра, я к воеводе.
Вместо ответа киваю себе за спину, чуть отходя от двери.
- Воевода, беда. Князь тебя зовет на совет. Незамедлительно.
- Что стряслось?
- Беда! Моровое поветрие!
- Подождите меня! Я с вами, - бросаюсь в спальню. Пока лихорадочно одеваюсь, слышу, как хлопает входная дверь. Неужели ушел без меня? Вот же, гаденыш! Даже совместная постель его не изменила. Как был деспотом, так и остался. Хочется зарычать от ощущения, что мной попользовались. Даже если я сама была инициатором, которому все понравилось. Но это – потом. Лихорадочно скачу на одной ноге, натягивая сапог. Пристегиваю меч, накидываю плащ – и вываливаюсь из комнаты на ходу приглаживая волосы. Действительно ушли!
