Сказать, что ему понравилась моя инициатива – это ничего не сказать. С глухим рыком он пил дыхание с моих губ. Пытался сдержаться, быть нежным. Но хватило его ненадолго. Бешенное желание уже бежало по венам у обоих. Его язык проскользнул в мой рот и танцевал там что-то такое многообещающее, что я невольно застонала. Становится жарко, не хватает воздуха. Чувствую твердые губы на моей шее. Пальцы лихорадочно расстегивают пояс и ныряют под его рубаху. Жадно пробегаю пальцами по мышцам пресса до груди. Какой же он огромный! Медведь, не иначе. Нетерпеливо царапаю ногтями кожу, вызывая глухой рык. Моя зверюга голодна, как и я сама. Он тут же рывком скидывает свою рубаху, предоставляя свое тело в мое единоличное пользование. Ох, какая роскошь! Так бы и съела его, такого огромного и мускулистого.
Мою футболку ждет та же участь. Знаю это, сама хочу избавится от мешающей одежды. Еще секунду смотрит на меня голодным взглядом, пока я, соблазнительно улыбаясь, скидываю ее. На мне только кружевные трусики. Тут же чувствую мужские губы на своей груди, пальцы его руки смыкаются на другой. И он стонет от едва сдерживаемого желания.
- Как давно хотел… мечтал… - бормочет он, лаская мгновенно затвердевшие соски. Его язык отнимает у меня последние крупицы здравого смысла. Чувствую, что мы шагаем в сторону постели.
- Закрой дверь, пожалуйста, - вспоминаю я о приличиях. У меня же тут проходной двор, шастают порой все кому не лень. И хотя я – девушка не закомплексованная, демонстрировать сексуальные подвиги перед посторонними не хочу. Беригор с трудом отрывается от моей груди, властно целует меня в губы, но все отрывается от меня и запирает дверь на засов. Поворачивается, и я вижу в его глазах жадное, едва сдерживаемое желание. Как же будоражит, когда тебя так дико хотят. Я уже лежу на постели и призывно смотрю на него. Припухшие от поцелует губы сами растягиваются в порочную улыбку. Проказливо улыбаюсь и медленно стягиваю с себя трусики. Его взгляд тут же перемещается туда, где только что было белье. Брови изумленно поднимаются вверх:
- Гладкая? Как так-то? – во мгновение он оказывается рядом и рука тянется туда, где только что были глаза. Ох, не зря я эту лазерную эпиляцию терпела. Мужская рука накрывает лобок, подушечки пальцев осторожно поглаживают кожу.
- Не нравится? – игриво прикусываю его плечо.
- Нравится. Все нравится. Ты нравишься… Такая сладкая, нежная…
После чего меня закружил водоворот поцелуев. Казалось его жадные руки и губы были везде. Язык ласкал мою грудь так, что я со стоном выгибалась ему навстречу, вцепляясь в волосы. Притягивая еще ближе, требуя еще больше ласки. Наигравшись с грудью, Беригор приподнялся и губами ловил мои стоны, пока мы сплетались языками в чувственном танце. Его руки оглаживали мое тело, лихорадочно сминали бедра и когда я наконец-то почувствовала его пальцы, осторожно растирающие влагу между ног, не могла сдержать мурлыкающего стона. Мои руки сами скользнули к его вздыбленному члену. И когда он успел скинуть штаны с обувью?
- Полегче женщина, - отодвигаясь, рыкнул на меня воевода, – иначе я сейчас как юнец опозорюсь.
Пришлось подчиниться, но в отместку я изогнулась и легонько лизнула темный кружок его соска, вызвав скупой мужской стон. Укусами поднялась по крепкой рельефной груди и слегка прикусила шею. Как же он пахнет умопомрачительно, зараза. Голова кругом. И как же хорош! Только глядя на этот торс можно испытать эстетический оргазм! Не могу сдержаться и прикусываю его сильнее. Меня в ответ наказали такими умопомрачительными движениями пальцев, что глаза едва не закатились от удовольствия. Сдаюсь на милость мужчины. Когда тело начало подрагивать от предвкушения, меня перекатили на спину и Беригор приподнялся на руках, направляя себя в меня. Я невольно зашипела.
- Не торопись, пожалуйста… у меня давно никого не было.
- Ты такая узкая, как будто никогда не было, - процедил воевода, осторожно входя в меня и давая возможность привыкнуть к его габаритам. Совершенно нескромным габаритам, судя по ощущениям. Я видела, по его потемневшим глазам и бешено бьющейся жилке на мощной шее, как тяжело ему сдерживаться. Но он терпел, покрывая мое лицо и губы невесомыми поцелуями. Откуда в этом гиганте столько нежности? Только когда я обняла его ногами, демонстрируя, что готова к продолжению, он начал двигаться, постепенно ускоряясь. Сначала я стонала, потом рычала, потом, кажется, впилась зубами в его в плечо, чтобы не сорваться в крик – он взял такой бешенный темп, что у меня цветные пятна плясали перед глазами. Когда накрыло волной оргазма, мне казалось, что я разлетелась на тысячу осколков от острого, пронизывающего наслаждения со стоном его имени на губах. Через несколько мгновений Беригор с рычащим стоном излился в меня, уткнувшись мне в шею.
Почти сразу он перекатился на спину, увлекая меня к себе под бок.
- После такого даже умереть не страшно, - пробормотал он, прижимая меня к себе, - сегодня же скажу, чтобы все вещи твои перевезли.
- Куда? – лениво спросила я, поглаживая испещренную шрамами грудную клетку.
