Четвертое крыло полностью

Они достигли цитадели за считаные секунды и зависли над двором. Мимо нас проносился ветер от мощно бьющих крыльев. Затем один за другим сели на свои места. Тэйрн устроился в центре.

Каждое его движение источало угрозу. Когти впились в каменную кладку и крошили ее, а разгневанный взор прищуренных глаз буквально пронзал Эмбер.

Сгаэль села справа, чуть позади Ксейдена. Столь же устрашающая, как и в первый день… но тогда я и подумать не могла, что свяжусь с драконом еще страшнее… страшнее для всех, кроме меня. За ней виднелся красный жалохвост Ниры, а рядом в том же положении застыл бурый кинжалохвост Септона. По бокам пускали пар зеленый дубинохвост коменданта Панчека и рыжая кинжалохвостка Эмбер.

— Ну, понеслась, — произнес Сойер, выходя из строя и становясь рядом со мной.

Сзади я почувствовала приближение Ридока.

— Ты можешь остановить все прямо сейчас, Вайолет. Ты должна, — умолял Даин. — Не знаю, кого ты там вчера видела, но только не Эмбер. Она слишком ценит правила, чтобы их нарушать.

И она думает, что их нарушила я, воспользовавшись кинжалом на последней Полосе препятствий.

— Ты просто хочешь отомстить моей семье! — крикнула Ксейдену Эмбер. — За то, что мы не поддержали восстание твоего отца!

Вот это уже было подло.

Но Ксейден даже бровью не повел, отвернувшись к остальным командирам.

Он не требовал доказательств, как Даин. Он мне сразу поверил — и был готов казнить командира крыла по одному только моему слову. Я чуть ли не физически чувствовала, как моя оборона против Ксейдена дает трещину.

«Ты видишь мои воспоминания? — спросила я Тэйрна. — Можешь ими поделиться?»

«Да, — он чуть заметно качнул головой слева направо. — Но воспоминания никогда не выдаются вне связи с парой. Это считается нарушением».

«Ксейден сейчас выступает против всех только потому, что я сказала… что на меня напала Эмбер. Помоги ему. — И, боги, как я им восхищалась. Я сделала глубокий вдох: — Покажи только то, что им нужно видеть».

Одновременно хотела и восхищалась?! Как же я влипла!

Тэйрн фыркнул, и все драконы, кроме Сгаэль, напряглись — даже дракон Эмбер. Их примеру тут же последовали всадники, во дворе воцарилось молчание — и я поняла, что они знают.

— Ах она жалкая дрянь, — мигом вскипела Рианнон, сжав мою руку еще сильнее.

Даин побледнел.

— Теперь веришь? — швырнула я ему, словно обвинение, хотя вообще-то я и вправду хотела его обвинить. — Ты же мой самый давний друг, Даин. Мой лучший друг. Я неспроста тебе не сказала.

Он отшатнулся.

— Командиры крыльев пришли к кворуму и единодушному согласию, — объявил Ксейден. Нира и Септон стояли по бокам от него, тогда как комендант держался позади. — Мы признаем тебя виновной, Эмбер Мэвис.

— Нет! — крикнула она. — Это не преступление — очистить квадрант от самого слабого всадника! Я защищала крылья! — Она в панике заметалась по двору, заглядывая в глаза всем — кому угодно — в поисках помощи.

Но люди в строю, все как один, отшатывались от нее.

— В соответствии с нашим законом твой приговор будет приведен в исполнение через огонь, — произнесла Нира.

— Нет! — Эмбер посмотрела на своего дракона. — Клэй!

Тут же ее рыжая кинжалохвостка рявкнула на других драконов и вскинула когтистую лапу.

Тэйрн развернул к ней тяжелую голову, от его рева земля под ногами затряслась. Затем он щелкнул зубами, и маленькая рыжая драконица отступила и вцепилась когтями в стену крепости, понурив голову.

От этого зрелища сердце кровью обливалось — но не из-за Эмбер, а из-за Клэй.

«Это обязательно?» — спросила я Тэйрна.

«Таков обычай».

— Пожалуйста, не надо, — начала умолять я вслух, забывшись.

Одно дело — наказывать Эмбер, но ведь пострадает и Клэй.

Может, с Эмбер получится поговорить? Может, мы еще сможем договориться… Найти общий язык, превратить гнев в дружбу или хотя бы обыденное безразличие. Я качала головой, чувствуя, как колотится сердце в горле. Это я виновата. Так сосредоточилась на том, чтобы мне все поверили, что и не задумалась, что случится, когда они и вправду поверят.

Я повернулась к Ксейдену и снова начала умолять, прерывающимся голосом.

— Пожалуйста, дайте ей шанс.

Он выдержал мой взгляд, но ни на мгновение не изменился в лице.

«Однажды я сохранил человеку жизнь — и он чуть не убил тебя вчера ночью, Серебристая, — сказал Тэйрн. Затем добавил, словно больше ничего не имело значения: — Правосудие не всегда милосердно».

— Клэй, — всхлипнула Эмбер.

Во дворе было так невероятно тихо, что это слышали все.

Строй словно раскололся посередине.

Тэйрн низко наклонился, вытянув голову мимо подиума, к Эмбер. Затем его зубы разомкнулись, он свернул язык и спалил ее таким жарким порывом пламени, что я почувствовала даже на расстоянии.

Все закончилось в один миг.

Страшный вопль разорвал воздух, разбив окно в академическом крыле, и все всадники зажали уши руками — так громко скорбела Клэй.