Золотой Дом заблокировали от Хромотрона надежно. И Виракоча здесь бессилен и не страшен. Но Гарвей на площади Куси-пата перед Золотым кварталом лишается сил и падает без сознания. Привести его в чувство удается в здании. Виракоче знакомо чувство мести? Или обиды? Карьера двойного агента окончена.
Снова грот за маленьким озером, открытый нечаянно Элиссой. И снова Вайна-Капак, - проводник в коридорах Лабиринта. Где границы тайного знания и скрытого могущества старого короля? Гилл уверен, - если б рядом с ним не было Светланы, Вайна многого бы не смог, не пожелал бы сделать. Присутствие Гилла не столь мощный стимулятор.
Вайна-Капак неизвестным Гиллу методом создал единое психическое поле и замкнул его на себя. Гилл, Элисса, Светлана. Всегда разобщенные центробежными человеческими устремлениями, на какое-то время они одно целое. Целое, состоящее из четырех частей, каждое из которых сохраняет свое "Я", но уже не человек. Тела всех на попечении Эномая. И под гарантией Радуги.
Гилл ожидал что-то похожее на переход к развалинам храма Пача-Камака на берегу Титикака.
Но нет. Просто исчез из вида драгоценный сад Инков, и на месте его, в космической пустоте, возникла Радуга. Времени пролетело - мгновение. У каждого свой минимальный промежуток на линии судьбы; по длине мгновения не равны, но по значению равноценны. Общественно-определенное почти всегда иллюзия. Майя. Индивидуальное - еще вопрос. Все-таки Гилл смотрит своими глазами. А не, к примеру, элиссиными. И использует личный опыт оценки. Только при этом хорошо чувствует близость Вайна-Капака. Освобожденный от тела, тот вернул себе энергию юности, усиленную квинтэссенцией мудрости. Как радостно и тяжело видеть это. Тяжело без права выразить вслух тем, кто разделит его чувства. Точнее, может разделить.
Станция Радуга, на первый взгляд, образование совсем беспорядочное и хаотичное. Вовсе не шар. Реконструкторский мозг Гилла изо всех сил искал ассоциации. И предложил сумасшедшую: более всего Радуга схожа со скелетом. И, - с человеческим скелетом. Результат анализа внешней и внутренней геометрии? Инсайт? Подсказка?
Среди множества обоснований подсознание выбрало наиудаленное во времени. Естественно, учитывая историческую направленность реконструкторского творчества.
Ле Риколе... Имя малоизвестное, но для Гилла весомое. То ли двадцатый, то ли девятнадцатый век... Только Хромотрон помнит все досконально. Хромотрону не быть творцом.
"Ибо порядок повторения этих отверстий может дать ключ к истинному смыслу всего построения".
Но к делу, сказал себе Гилл. "В творчестве ле Риколе открылась новая глава - дырчатые конструкции. Он заключил, что главное - это соответствующее расположение в материале пустых пространств. Вопрос не в расположении плоскостей, а в обрамлении отверстий, соединяемых разным образом. Различные способы соединения обрамлений отверстий!"
Так что, может, и не скелет. А подобие скелета. Воссоздание его. Создать только одну, одну-единственную клетку костной, - да и любой, - живой ткани никому не под силу. Ни человеку, ни Виракоче, ни лабиринтной Тени или уакам, ни Радуге. Никому, даже виртуальной конструкции од названием "естественный отбор". Игра не может играть сама в себя.
Гилл не успевал оформлять смысловой поток в понятия-слова и даже в более емкие образы. Мышление буксовало. Застревало, как застрял в кирпичном порыве скульптурно исполненный Сиам.
Отставание рождало ошибки. Гилл учился контролировать самого себя изнутри. Он думал о Радуге как о простой конструкции. Так можно думать и о человеке. До некоторых границ. Далее подобный подход не срабатывает. Здесь - то же самое.
Что получается? Станция Радуга - живой организм? Не созданный, а рожденный?
О, великая Река Майю!
А Радуга словно открыла объятия. Не кости скелета простирались к ним. А живые, исполненные притягивающей симпатией руки. Это эмоция Светланы, легкая, развевающаяся, словно ее цветное платьице на ветру. Меняется Станция, и совсем она не скелет, а кто-то, остановленный среди быстрого танца, окутанный радужными лентами...
И вот, они внутри. Зачем? Ведь остаться не получится. Сближение для определения отношений? Гилл всегда умел видеть окраску эмоций. Намерения можно утаить, но эмоции - нет. Радуга смотрит на них точно так, как Дымок. После долгой разлуки с другом-хозяином. Надо проверить, уточнить, обнюхать... А к Светлане у Радуги особое отношение. Как она вычленяет каждого из гостей? Посредством Вайны-Капака?
