- Власть потихоньку узурпируется, - сказал Гилл Кадму, - В Консулате катастрофически не хватает нормальных людей. И зачем ты отказался от консульского положения?
- Неважно, - успокоил его Кадм, - Мы и тут чего-то стоим. Олимпийские игры пройдут по графику.
- Пройдут-не пройдут - вопрос. Но пойдут - это может быть. И будут идти до той поры, пока петух не клюнет по жареному месту, - поправил Кадма Гомер.
- Пока жареный петух не клюнет: вот как положено говорить, - поправил поправку Гилл, хлопнув Гомера по плечу, - Присутствие короля и принца в соответствующих ложах обязательно, с этим ничего не поделаешь. Может, и пронесет?
- Надо бы выбрать место поспокойнее. На это-то мы имеем право? Турецкий Понт подойдет? Таврический полуостров, насколько я знаю, не охвачен Лабиринтом. Позаботимся о том, чтобы и Хромотрон там ограничил свое всепроникающее присутствие, - сделал вывод вице-консул.
Предоставленная Консулатом "Пчела" оказалась настолько громадной и массивной, что не верилось в способности такой махины взлететь. Сложенные на спине крылья переливались на ярком солнце радужными волнами, распространяя кругом веселое сияние. Туловище живой летательной машины отливало тяжелым зеленовато-синим оттенком, а три пары мохнатых лап, поддерживающих его, вызывали уважение. Но более всего впечатляли громадные глаза, составленные из множества круглых выпуклых синевато-черных сегментов, искрящихся огнями и глядящих, как показалось Гиллу, каждый в отдельности в произвольно выбранную точку.
с опаской подумал он
По высоте "Пчела" превышала человеческий рост раза в четыре, и войти в открывшийся сбоку люк можно было только посредством трапа. Трапа поблизости не наблюдалось. Но обошлось: лапы сложились в суставах, корпус-тело опустился на траву лужайки рядом со служебной резиденцией ваминки Южно-Американского континента, выращенной из трех совмещенных лилий. Желтый, голубой и зеленый цветки смыкались на высоте около трех метров. Прогулочную территорию резиденции окаймляла невысокая изгородь из колючек, обычно предпочитающих пустыни. В стороне от стеблей-оснований жилища горел нейтральным жемчужным сиянием дежурный экран Хромотрона.
- Как он туда взбирается? - поинтересовался принц Юпанки, - Цветы тоже преломляют лапы?
- Внутрь стеблей вмонтированы лифты приличной вместимости. Без них не попасть в подземные этажи, - пояснил Гилл, - Лилии ваминки освобождены от ритуала "преломления".
Удовлетворенный ответом принц критически осмотрел "Пчелу", - Гилл успел заметить, что насекомые вызывают у того не весьма приятные чувства. Наверняка он сейчас скажет что-нибудь этакое, мягко критическое. Так и случилось.
- Насекомых вы сумели оседлать. А с птицами что? Невыгодно?
- Выгодно, - стараясь сохранить серьезное и мудрое выражение лица, ответил Гилл, - Но не дошли. С пауками и другой жутью выходит, а с птичками нет. Даже с такой мелочью, как колибри, - выращиваем-выращиваем, а крылья их не несут.
Ему показалось, принц хмыкнул. Наверняка у кого-то успел выведать, что птичий летательный потенциал эффективнее, чем у насекомых. Оптимально выверенный машущий полет в десятки раз превосходит характеристики когда-то модных реактивных самолетов. Гилл поймал себя на том, что о птицах он почти ничего конкретно не знает. Это собственное полузнание плюс "императорское" похмыкивание разозлили. К тому же в последние дни ему стало очень не нравиться отношение принца к воскрешенному королю. И он решил досадить ему лекцией на тему, лектору известной наверняка лучше, нежели избранному им слушателю. Ибо самый благодарный слушатель, - слушатель-невежда.
- Но насекомые в эксплуатации надежнее и дешевле, - начал он обучение, стараясь сохранить серьезную мину и ни в коем случае не рассмеяться. Этот принц сильно достал его своей показной царственностью. Снял бы индюшиную маску, и увидел воочию, что истинных королей украшает молчаливая скромность, - Давайте рассмотрим нашу "Пчелу" повнимательней.
Он подошел ближе к транспорту и протянул от браслета световой луч-указку. Последний, - а возможно, и единственный, - раз он "работал" лектором накануне отправки Иллариона в Детский центр. Пришлось доказывать на глобусе не желающему покидать "семью" ребенку, что Пелопоннес и "дом" совсем даже почти рядом.
- "Пчела" состоит из трех основных частей: голова, грудь и брюхо. Мы поедем в груди, так как брюхо для грузов. К примеру, питание и питье для пассажиров. Брюхо не очень надежно, так как лапки-ножки только под грудью. Голова будет, как и положено, управлять полетом и спасать нас, если потребуется. Потому начнем с головы.
Луч указки проследовал к черному выпуклому глазу.
