– Хорошая работа, Алибаст, хорошая, – Лерия помрачнела, ее пугала мысль о возможной войне, в которой разрозненный север несомненно потерпит поражение. Разведывательный отряд еще не вернулся с топей, а к ним уже пожаловали новые странные гости.
– Мне необходимо поговорить с ними, ты пойдешь со мной.
Шаги приближались, эхом проносясь по всему подземелью. Араваль с трудом разомкнул глаза, последние три ночи сон давался ему с трудом. Холодный каменный пол был лучше промерзлой земли, но спертый тюремный воздух вызывал лишь рвоту и помутнение сознания. Казематы под Асшаном были действительно жутким местом, сводящим узников с ума. Многоярусные подземные тоннели стали последним пристанищем для многих опасных преступников. Звук шагов усилился и к нему добавилось лязганье цепей. Новые соседи. До этого их компанию разбавлял лишь молчаливый старец, одиноко сидящий и иногда плачущий где-то на нижнем ярусе. Может он родился и вырос в этих казематах, оттого и не умел говорить.
Араваль приподнялся на одно колено. Спина отозвалась пронзающей болью от поясницы до самой шеи. Он замер, вслушиваясь в тишину, пытаясь уловить хоть что-то. Минута, еще одна, и зажегся факел у клетки напротив. Скрипнул замок и несколько фигур покорно шагнули во мглу своего нового пристанища.
– Три…
– Что три? – оторвался от своих размышлений Иад из противоположного угла клетки.
– Их трое, судя по шагам. Одного волокли, двое шли ладно, – Араваль продолжал вслушиваться.
– Преступники, что нам до них?
– А может и не преступники, – прошептал северянин, стараясь не нарушать тишины. – Мы же с тобой как-то здесь оказались.
– Оказались, – грустно вторил Иад. – Давно не заходила та охотница и.. знаешь, что самое страшное?
– Что же?
– То, что я уже начинаю привыкать к этому месту, – мрачно заключил юноша.
– Это далеко не самое страшное, малец. Думаю, их разведчики вернутся сегодня-завтра, и она явится, а с ней и наша свобода.
Стража захлопнула темницу и удалилась, погасив за собой огни. И снова мгла, к которой уже привыкли глаза. Снова тишина, к которой привыкли уши, в которой слышно сердцебиение, а урчание в желудках грохочет так же, как водопад там наверху.
– Я видел сон,
Тихим осенним утром у подножья холма Антаира прогуливалась королева Андара, в сопровождении своей небольшой свиты. Желтые листья, сдуваемые ветром с веток, кружили в воздухе, плавно опускаясь на воду. Течение, с радостью, подхватывало их и увлекало в головокружительный танец, спустя мгновения, выбрасывая на камни. Сегодня Андара плохо спала, ее предательски выдавали темные круги под глазами, которые были не частыми гостями на гладкой фарфоровой коже. В ее голове зрели недобрые мысли.
– Сестра! – позади раздался, дорогой сердцу, голос и королева обернулась.
В компании двух разведчиков к ней приближалась Лерия, в ее глазах читалась тревога. Этого Андара и боялась. Слова горца подтвердились и войны не избежать. Как ей нести это бремя, ведь она не их отец? Она ненавидела его, но Антаир был велик и в войне, и в мире. До сих пор его доспехи украшают королевские палаты, являясь реликвиями их народа. Что останется после нее, может лишь память? Память о последней королеве вечных, которую убили вместе с ее подданными или память о той, кто бросит свой город, чтобы потом гордо освободить его из-под гнета империи? Пальцы Андары занемели от волнения, а дыхание участилось. Возможно пришло время возложить все на чужие плечи и уйти.
– Войска, они в степях! Бело-красные шатры, флаги империи, горец не солгал, – Лерия приблизилась и добавила тише, – надо уводить людей, самим нам не защитить Асшан.
Андара невольно ужаснулась. Бросить свой дом, собственноручно отдать захватчикам водопад вечных. Пока это были лишь ее мысли, но вот они звучат из чужих уст: – Не забывайся, Лерия. Асшан не был сдан еще не одному врагу, и мы не будем первыми, кто сделает это! – нервная улыбка скривила губы королевы. Если она и уйдет, то уйдет одна, никто не должен знать об этом, даже сестра. Пусть держат оборону, сколько смогут, а она найдет другой путь.
– Он не был сдан, – охотница грустно посмотрела вдаль, – потому что его некому было сдавать. Ни одна из северных войн не дошла до врат Асшана. Отец и его предшественники бережно хранили мир и воевали вдали от дома, но мы бессильны. Подумай о людях. Они не заслужили такой конец. У нас еще есть время, чтобы уйти.
