Одинокий орел резал широкими крыльями кобальтовое небо. Трехдневный ливень закончился, оставив после себя сплошную непроходимую грязищу. Передвигаться пешком по лагерю стало не просто, поэтому на улице было пустовато, лишь часовые грустили на своих постах. Остальным повезло больше, они отогревались внутри палаток. У многих появился повод набросать пару строк домой родным или возлюбленной. Кто-то не утруждал себя писаниной и пытался, как следует, выспаться. Спокойствие и умиротворение спустились на лагерь после дождя вместе с полупрозрачным туманом, который уже к обеду рассеялся. Продовольствие задерживалось из-за тяжелых условий на дорогах, что могло стать причиной волнений спустя какое-то время, но пока в лагере было тихо. Две фигуры приближались к большому бело-красному шатру, располагающемся на небольшом нагорье, когда основная часть палаток была раскинута по низине. У входа их встретил, закованный в латы стражник, в шлеме с опущенным забралом, что весьма удивило Саутери.
– Аратур, нас ожидают. – произнес Гузаль.
Воин молча отодвинул рукой в кольчужной перчатке край полога и гости вошли. С последнего визита Гузаля здесь мало что поменялось. Свободное пространство оставалось свободным от мебели и прочей утвари. Только предметы первой необходимости и пара звериных шкур, брошенных на половые доски, для сохранения тепла внутри шатра. На столе горело несколько свечей. Ароматизированный воск наполнял воздух цветочными благоуханиями. За столом в широком кресле расположился канцлер. Даже в полутьме его легко было узнать по грубому длинному носу с горбинкой, а на каждом пальце руки красовалось по богато-украшенному перстню. Впрочем, в глаза бросался лишь один из них, с крупным красным алмазом – перстень главы имперской инквизиции. Отличительный знак и гордость его обладателя. Инквизиция была расформирована несколько лет назад, но надолго осталась в памяти людей и до сих пор упоминание о ней вызывало страх и трепет у каждого.
– Гузаль, вы свободны, – Бормонт пристально смотрел на другого гостя. – Капитан Саутери, прошу вас, присаживайтесь.
Офицер прошел вглубь шатра и опустился в свободное кресло. Дождавшись пока полог закрылся за спиной советника, канцлер заговорил: – Я признателен вам за оказанную услугу. Вы оказались более бдительны, чем мой личный телохранитель. Аратур был строго наказан за свою оплошность. Его лица вы больше не увидите. Виновный же допрошен и тайно казнен, если вам это интересно. Противник режима и дешевый революционер, – он утомительно вздохнул. – Они требуют дать власть народу, когда враг у границ, но я прощаю им их глупость. Впрочем, мне приятно, что в моей армии служат подобные вам, – он сделал паузу и выжидающее посмотрел на капитана, – что ж, – продолжил канцлер, не дождавшись ответа, – услуга за услугу, что бы вы хотели за… кхм, вашу вчерашнюю службу?..
– Господин канцлер, вы удивили меня своим приглашением. Я лишь выполнял воинский долг, – Саутери ожидал этого вопроса и выдал заранее подготовленный ответ с абсолютно невозмутимым лицом.
– Значит, вы не попросите ничего в качестве благодарности? – офицер кивнул. – В вас благородства больше, чем в более благородных мужах или вы просто расчетливы. Мне нравится и то и другое. Разумно предположить, что вы готовы оказать мне еще одну услугу?
– Все, что угодно во благо империи, – отчеканил Вин. – "Разве у меня есть выбор", – промелькнуло у него в голове.
– Ситуация деликатная и мне необходим человек талантливый, вроде вас, – канцлер поднялся и, заложив руки за спину, начал неспешный шаг по шатру. Проходя мимо офицера, в момент, когда тот собирался встать, он выдавил из себя тоном, не допускающим возражений: – Сидите. – капитан вжался поглубже в кресло.
– Железная империя, – задумчиво произнес канцлер, – наши предки выстроили ее на костях павших врагов, принося себя и других в жертву ради нашего будущего. Спустя тысячу лет, мы самое влиятельное и могущественное государство на всем континенте и за его пределами тоже. Вы знаете, почему незадолго до смерти императора было введено военное положение? – канцлер выжидающе сверлил капитана тяжелым взглядом и не дождавшись ответа, зашагал дальше по шатру, продолжая свою речь. – Вы только догадываетесь, а я вам скажу прямо. Поиск даров идет уже восьмой год. Все без толку. Ничего кроме старой рухляди. Большинство смирилось с тем, что сказания врут и творцы нам ничего не оставили. Большинство, но не я. Мои шпионы действуют по всей вражеской территории. В каждом из северных племен. И теперь я знаю, что дары на севере, по крайней мере один из них… – канцлер осекся, – информации более точной нет. Сами творцы толкают нас на эту войну, которая может стать самой кровопролитной за всю историю. Вы же понимаете, что для нас опасно наличие даров у таких неуправляемых соседей, как северяне? Вы согласны, капитан?
– Безусловно. Что я могу сделать для вас?
