Всё, что происходит в мире, — это просто выражение инстинкта выживания рас в положительном или отрицательном смысле. Природа не знает труса, слабого или нищего. Природа знает только тех, кто твёрдо защищает свою территорию и дорого продает свою шкуру, а не тех, кто сдаётся без борьбы. Природа жаждет победы сильнейшего и уничтожения слабого, то есть его безоговорочного подчинения.
История изобилует войнами, которые не являются какими-то более или менее жестокими индивидуальными сюрпризами, но формулируются в естественной, действительно очевидной системе обоснованной и длительной эволюции народа. Войны позволяют изменить соотношение сил между различными расами и сбалансировать возможные перепады высот между размерами жизненного пространства и количественными размерами каждого народа. Таким образом, войны являются важной составляющей жизни народов.
Психика массы нечувствительна ко всему слабому и неабсолютному. Как женщина, чувства которой определяются не столько абстрактно рациональными мотивами, сколько некой неопределимой и сентиментальной ностальгией по интегрирующей силе, которая поэтому предпочитает склоняться перед сильным, доминирующим над слабым, так и масса любит тех, кто доминирует над ней.
Каждый человек имеет в расовой иерархии свою роль, которую нельзя изменить. Есть те, кому суждено командовать, и те, кому суждено повиноваться.
Интернационализм и демократия – неразделимые понятия. Просто логично, что демократия, которая внутри народа отрицает особую ценность отдельного человека и ставит на его место количественную ценность, так же действует в жизни народов и вырождается в интернационализм. Если умелые мозги, которые всегда в меньшинстве в одной нации, приравнять ко всем остальным, то постепенно их гены будут подавляться большинством.
Моя педагогика жёсткая. Слабого нужно раздавить. В моих Ordensburgen[1] будет воспитываться молодёжь, которой мир должен бояться. Мне нужна жестокая, властная, непреклонная, безжалостная молодёжь. Она должна учиться терпеть боль. В ней не останется ничего слабого и деликатного. Я не хочу интеллектуального образования. Знание только вредит молодости. Молодость, однако, должна учиться доминировать.
Еврей ещё не основал своей культуры, хотя уничтожал другие сотнями. У него нет ничего своего. Всё, что у него есть, он украл у других. Только арийцы смогли сформировать государства и построить себе будущее. Еврей не способен ни на что из этого. Поскольку он не способен создать своё государство, все революции, которые он совершает, могут быть только преднамеренными.
Еврей — это тот, кто выступает против создания Германского Рейха.
Работа СС была и будет очень тяжёлой. Но однажды её сочтут экстраординарной. Таким образом, вы видите, какой страшной опасности подвергнется Европа, если бы не национал-социалистическая Германия. Действительно, за Сталиным стоит еврейская программа диктатуры пролетариата. Когда война закончится, Европа сможет вздохнуть с облегчением. В тот день, по сути, я (сам Гитлер) изгоню из Европы последнего еврея, и растение восточного коммунизма окончательно вырвут с корнем. Вы не должны питать никакой жалости к тем, кого судьба обрекла на гибель. Как и во всех областях, в области отбора природа – лучший учитель. Те, кто плачет крокодиловыми слезами по евреям, депортированным на Восток, забывают, что евреи – самая устойчивая к климату раса, известная во всем мире.
Восточные территории нужно эксплуатировать и разграблять. Не стоит задумываться о судьбе славян. Они не люди. Необходимо разработать программу, предполагающую моральную и физическую деградацию славянского населения. Необходимо свести их к состоянию животных. И не следует оказывать им медицинскую помощь. Они рабы, звери. Их нужно уничтожить.
В центрах моего нового порядка будут воспитывать молодёжь, которая будет наводить страх на весь мир. Мне нужна молодёжь, которая творит великие дела, властная, смелая, страшная. Молодёжь должна быть именно такой. Хищное животное, свободное и властное – вот чем должны сиять её глаза. Молодые люди должны научиться ощущению господства. Они должны научиться побеждать страх смерти в самых сложных испытаниях.
Будущая немецкая молодёжь должна быть стройной и проворной, быстрой, как борзая, прочной, как кожа, и твёрдой, как сталь Круппа. У неё не должно быть никакой культурной подготовки. Знания портят мою молодёжь. Активная, решительная и властная молодёжь — вот чего я хочу.