В феврале в Лос-Анджелесе дождь идёт гораздо чаще, чем в остальное время года. А когда не идёт дождь, часто бывает пасмурно. Совсем другим ожидал видеть Город Ангелов 30-летний израильский журналист-расследователь. Он всегда считал, что Калифорния похожа на прибрежную зону его страны: солнечную и полную пальм и зелени. Со второго этажа белого здания, посвящённого Гарри и Жаннетт Вайнбергам (благотворителям, которые финансировали его строительство), можно было увидеть вдали парк Чевиот, но в остальном преобладали скучные однотипные невысокие здания, прорезаемые широкими наземными автомагистралями, вечно запруженными автомобилями.
Вряд ли он мог себе представить, что однажды окажется в безликом офисе в районе Беверливуд, недалеко от гораздо более богатого и знаменитого Беверли-Хиллз. Но причина, по которой он оказался на другом конце света, имела первостепенное значение.
Крики детей, играющих на светло– и тёмно-зелёной бетонной баскетбольной площадке соседней средней школы ешивы, пробудили его от мыслей.
– Ты должен вернуться туда, – просил его Марвин Хир.
Этот раввин основал в Лос-Анджелесе Центр Визенталя. Израильский журналист-расследователь Ярон Сворай вспомнил, что находится в своём кабинете и именно он просил об этой встрече. По крайней мере, он должен прислушиваться к тому, что говорится, даже если он и не согласен с тем, о чём просит его руководитель.
– Не могу.
– Слушай. Мы уже давно говорили об этом. Ты должен вернуться туда и сказать им, что можешь познакомить их с миллионером, который своими деньгами поможет их движению. Более того, возвращайся туда прямо вместе с миллионером.
– У нас уже достаточно информации, раввин. Мы можем подать на них всех в суд. Возвращаться туда слишком рискованно.
– Они отчаянно нуждаются в деньгах. Если ты привезёшь им миллионера, который вложит в их движение столько денег, они расстелют перед тобой красную дорожку и перестанут тебя подозревать.
6 месяцев Сворай назад проник в немецкое неонацистское движение. Он заставил всех поверить, что он американский нацист, один из них. За эти 6 месяцев он поднялся по всей иерархии внутри движения и даже познакомился с главой организации. Он сильно рисковал. Он был убеждён, что его в чём-то подозревают. Но он собрал достаточно доказательств, чтобы арестовать десятки нацистов, в том числе руководителей.
Стоял 1993 год, и он был в шаге от цели.
И всё, что вы читаете выше и ниже, является результатом того, что сообщил сам Сворай.
– Слушай, Ярон, мы понимаем, что тебе страшно. Но если бы это не было важно, мы бы не просили тебя подвергнуться такому риску. Сейчас у нас в руках немецкое неонацистское движение. Но мы до сих пор не знаем, откуда они берут деньги. И самое главное, не удаётся нащупать связь между организацией в Германии и остальной мировой сетью. Вернись туда. Познакомь их с миллионером, и они сами откроют перед тобой двери высшего уровня, о чём даже многие неонацистские лидеры не знают.
– И кто будет этим миллионером?
– Можно нанять актёра. Мойш, – вмешался Эйб Купер, один из других руководителей Центра, присутствовавших на встрече с "засланным казачком".
– Секунду. Если собираетесь кого-то отправлять, то это буду я, – сказал Рик Итон, исследователь Центра. – Актёр никогда не сможет понять, как устроены те, кто окажется перед ним. А я их знаю. Я уже много лет их изучаю. Вам нужен я.
– Рик прав, – согласился Купер. – Он знает, кого они ненавидят. Он знает, как они говорят и кого изображают из себя. Придётся расстаться с джинсами, которые носишь, и надеть стильный костюм. А ещё тебе нужно подстричься. Это ведь не сложно, так?
– Тогда звони парикмахеру.
Две недели спустя Рик Итон приветствовал в вестибюле Гранд-Отеля Арабелла Шератон во Франкфурте, где он остановился, делегацию немцев – все строго гитлеровской веры. Исследователь Центра Визенталя не был похож на себя. Он был одет в костюм от Джорджио Армани, у него были короткие волосы, а на запястье – часы за 100 тыс. долларов.
Говорил только Сворай.
Еврейский исследователь знал всех, кто сидел перед ним на диване Он изучал их годами. Он знал их вкусы и слабости. Тут были:
– Карл Вильгельм Краузе, бывший телохранитель Гитлера;
– Вольфганг Юхем, которого неонацистские круги называли новым фюрером;
– Рой Армстронг Годенау, посол неонацистского движения в США;
– Хайнц Райш, известный немецкий неонацист из Лангена, небольшого городка в нескольких километрах к югу от Франкфурта.
Именно через Райша Свораю удалось глубоко проникнуть внутрь движения. За 3 месяца до этого в его квартире в Лангене его познакомили с Годенау. Этой встречи израильский репортёр ждал давно. Американский нацист был правой рукой Юхема и действовал на международном уровне.
– Гитлер не знал о концлагерях. У него были только смутные представления о Дахау, – рассказывал Краузе об ушедших временах.
Годенау перебил его: