— Проститутки играют по простым правилам, — начал я с философским видом, — и претендуют на сотню-другую долларов из кошелька мужчины. А честные женщины говорят: «Я порядочная женщина, а не какая-нибудь тупая шлюха», и претендуют на всего мужчину целиком. Пожизненно. И чтобы еще подчинялся. Они требуют намного большего, чем проститутки, а взамен предлагают сомнительную ценность — свою показную порядочность, за которой обычно нет ничего, кроме высокомерия. Проститутки мешают порядочным женщинам делать долгосрочный бизнес. Но сделать они с ними ничего не могут, остается только презирать.
— Вы, мужчины, вот такие козлы! — сказала Маргарет, словно прикидываясь блондинкой.
— Это мы притворяемся, — ответил Джордж. — Чтобы тебе было интересно. Правда, Игорь?
— Конечно. Я вообще-то не люблю проституток. Я люблю умных, глубоких женщин, которых есть за что уважать. Но только при одном условии.
— При каком? — спросили они почти хором.
— Умная, достойная, уважаемая женщина должна любить секс и, когда ложится в постель, превращаться в грязную, бесстыжую проститутку.
— Йес! Йес! — закричал Джордж.
Немка снова фыркнула. Я обернулся к ней, чтобы понять, что с ней происходит, но она уже погрузилась в какие-то свои размышления. Мы с Джорджем переглянулись. Между нами пробежала невидимая искра. Мне нравятся мужики, которые любят женщин. Ему, видимо, тоже.
Вот, примерно такими были наши диалоги все время, пока я жил в этой семье. Вроде бы ничего содержательного, и всегда много разговоров, смеха, оживления, и очень много шуток ниже пояса…
Дома Джордж показал мою спальню. Чуть меньше комнаты в хрущевке. Отдельный вход с дворовой территории.
— Это раньше была комната моего старшего сына, — сказал он. — Обустраивайся. Если хочешь, там в холодильнике есть пиво.
В маленьком, величиной с крупную тумбочку, холодильнике стояло две упаковки пива по 6 маленьких бутылок.
На второй день я сделал запись в своем блоге:
«Вот я и в Австралии. Город Перт. Вчера вечером прилетел. Второй день в гостях у потрясающего мужика. Джордж, пенсионер, 54 (или около того), продал свой строительный бизнес и теперь просто оттягивается по жизни.
Здесь холодно как в России, потому что сейчас в южном полушарии зима. Днем +14, ночью +4, и дожди. Внешне — как Калифорния, только чище и веселее.
Несколько месяцев назад я принял решение поехать в это путешествие, которое откладывал много лет, и вот теперь я здесь. Такое интересное чувство, странное даже: я просто сделал это, вот и все. Никаких особых потрясений, испытаний, напрягов. Просто встал с дивана и сделал. А ведь не так давно я эту мечту списал в невозможное. А когда в феврале объявил о решении ехать сюда автостопом, без денег, многие знакомые только крутили пальцем у виска, мол, это невозможно.
А теперь сижу вот, пью австралийское красное и думаю: блядь, ну надо же, все так просто. Наверное, все остальное в жизни так же — просто встал и сделал. Так буду всегда делать, пока не подохну, всегда делать то, о чем мечтаю, до самой последней секунды жизни»…
Как-то к нам на барбекю пришла огромная толпа друзей одного из его детей, и я увидел то, что, пожалуй, было его чертой, привлекавшей меня с самого начала. Джордж общался со всеми на равных. Они, ребята и девчонки в возрасте двадцать три — тридцать два года, воспринимали его просто как одного из друзей. Если бы не его лысина и морщинистое лицо, можно было бы принять его за одного из них. Его обаяние я чувствовал постоянно. Восхищался его легкостью и простотой. Он не жил в роли старого человека. Не отделялся от друзей детей возрастом, социальным статусом и жизненным опытом. Наоборот, родив семерых детей и став миллионером, он остался доступным, простым, без малейшего намека на высокомерие, парнем. Он не претендовал на особое отношение, уважение и прочие традиционные побрякушки. И это вызывало уважение и восхищение к нему у всех без исключения…
Однажды мы с детьми Джорджа и Памеллы и их друзьями ходили в ночной клуб. Там все примерно то же самое, что в дорогих клубах Москвы, красиво и сказочно, только народ намного быстрее напивается. Это стало удивительным открытием, но в последующие дни в Австралии я смог много раз убедиться: потомки британских каторжников и колонистов пьют не хуже исконных англичан…
Каждый день мы устраивали себе маленькие развлечения. Однажды я приготовил борщ (нашел рецепт в «Яндексе»), который все они почему-то считали русским блюдом (о такой стране, как Украина, не слышали). Все были в восторге, особенно Джордж с Памеллой.
Много раз курили марихуану вместе с его младшим сыном, который продолжает бизнес отца. Сам Джордж смотрел на это сквозь пальцы, а на предложение присоединиться ответил:
— Я уже вырос из этих глупостей…
