- Нескоро. Доктор сказал, будет еще одна операция, - Вера всхлипнула, давясь слезами. - Проникающее ранение бедра, сказал, это подлая штука. Но мне повезло, имплантат вставлять не пришлось. Так что жить буду. Только ходить с трудом. И еще доктор сказал: очень хорошо, что я не замужем. С таким ранением рожать нельзя.
- Ты собралась рожать, доченька? - ахнула Нина. - Какие могут быть роды, когда свадьбы еще не было!
- Теперь ничего не будет... - у Веры начиналась новая истерика. - Ни родов, ни свадьбы! Кто такую хромую корову возьмет?
Я поднялся, чтобы присесть рядом:
- Ну и дурочка. Возьмут, не возьмут... Ерунда это все. Главное в женщине не ноги.
- А что? - она замерла.
Впрочем, заинтересовались все, и Нина, и особенно Анюта.
- Глупая моя, главное в женщине - борщ. Запомни, это самое важное. А сейчас расслабься, мы с Анечкой налепим тебе белых латок. Фирма гарантирует, будешь ты у нас как новенькая...
Нюся сжимала дырки в ауре, я клеил белые заплаты. Управились вовремя - в палату явился лысый доктор с процедурной медсестрой. И немедленно выгнал нас из помещения, вместе с Колей Уваровым.
- Что это такое? - сказал он строгим голосом. - Чтоб духу вашего здесь больше не было! Днем привезут бабушку, так что это закрытая зона. Катя, после процедур озадачь Клаву проветрить, сделать влажную уборку, бактерицидный свет включить. А вы, Ниночка, после лечебной гимнастики, проследите. Нам здесь проходной двор не нужен. И еще. Катя.
Плакаты на двери развесь, те, что Минздрав рекомендовал: «Просьба на пол не плевать».
**********
Выжатым лимоном я свалился на койку, и сразу заснул с устатку.
Очнулся днем, когда Нюся подсунула мне какую-то мерзкую кашу. Скосил взгляд - пустая тарелка белела на тумбочке. Значит, Антона уже покормили. Парень лежал бледный, с закрытыми глазами. Ощущался он четко, и страдал человек не от боли, а от тоски. Что ж, бывает. Тут помощники не нужны, в жизни надо и через это пройти.
Спиной ко мне, над ним наклонилась Алена. Подол халата закрывал парня, зато картина открывалась невероятно изящная - бедра переходили в тонкую талию умопомрачительным изгибом. Не всякий художник взялся бы перенести на холст этот кормовой подзор.
- Ну-ка, мальчик, давай уточку уберем, - журчала Алена. - Вот молодец! Арбузика покушали, оно и выходит. Пусть. Это хорошо, болезни вместе с этим тоже уходят. А теперь порядок наведем...
- Что ты там все время намываешь? - с подозрением поинтересовалась Анюта, прилаживая мне капельницу. - Чуть ли не каждый час с тазиком летишь.
- Свое добро надо содержать в чистоте, - назидательно ответила Алена. - Чистота - половина здоровья. Об этом даже поэт сказал.
- Чего сказал?
- «Надо, надо умываться по утрам и вечерам, а нечистым трубочистам стыд и срам», - продекламировала она.
- И в честь чего эта труба стало твоей? - хмыкнула Нюся. - С какой такой радости? Вьешься вокруг нее, будто акула за Хемингуэем.
- Так он сам не может, а мне не сложно, - Алена захлопала глазками. - Я и Антона Михалыча помыть могу.
- Вот уж нет! Свое добро сама отмою, - Анюта грозно засопела, крылья носа затрепетали. Руку она зачем-то положила мне на живот.
- Ну и ладно. Наше дело предложить, - царственной павой Алена направилась мыть руки. - Анька, ты думаешь меня сегодня кормить?
Нюся подняла голову
- Не видишь - пузырьки регулирую? Кастрюля в холодильнике.
-Так-так... - после этой знаменитой Колиной присказки Алена надолго замолчала - снимала пробу с обеда. Наконец, голос прорезался. - Анька, какая вкуснятина... Научишь?
- А чего там сложного? Обычная окрошка на хлебном квасе.
- Но здесь таранка!
- Правильно, это рыбная окрошка. Хитрость в том, что несколько сухих рыбок нужно разделать и ошпарить кипятком. А потом порезать меленько, и добавить. Такую окрошку очень уважал товарищ Хрущев, в столовой ЦК КПСС ему летом специально готовили. С тех пор она стала там популярна.
- Откуда ты это знаешь? - поразилась Алена.
- Да так, случайно услышала, - туманно ответила Нюся. - Бываю в разных местах.
Неожиданно Алена сменила тему:
- А зачем ты положила зеркало под кровать Антоши?
- Народная медицина, подруга, - Нюся пожала плечами. - Под Антоном Михалычем тоже лежит. Там, где зеркало - там злому места нет.
- Да ладно! - не поверила Алена.
- Честно. В старой книге так и написано: «зеркало клади под кровать зеркальным изображением вниз». А экстрасенсы дают тому научное подтверждение - пучки отрицательной энергии разбиваются о зеркало и уходят прочь. Еще они упоминали биопатогенные зоны и узлы пересечения магнитных линий Земли, но это уже детали.
- Анька, ты реально крута! Когда я заработаю в кино кучу денег, одолжу тебе на пупок.
К тому времени я добил мерзкую кашу и травяной отвар:
- Окрошка, говорите, неплохая?
- Ой, я же Антоше не предложила! - Алена подскочила. - Будешь окрошку?
Парень благосклонно кивнул. Подав ему полную тарелку и ложку, Алена повернула голову:
- А можно Антону Михалычу вопрос задать?
