— А с чего ты решил, что Экзюпери хорошо кормил котов? — спросил Руслан, немного придя в себя, от нежданно заговорившего так хорошо и так много кота. — У него может, вообще котов не было…
— Было… не было… ты это не знаешь, а мне виднее, потому как я слуга демона, а ты так нечто бестелесное… мур, — сказал кот, и, усевшись на свой зад, выпрямив спину, принялся расправлять свои белые, длинные усы розовыми подушечками обеих передних лап.
— А, ты, Барсик, — обратился Руслан к коту и положил в карман куртки, все еще сжимаемый в руке телефон. — Вроде раньше все больше молчал, а теперь заговорил, да еще и обзываешься… это, что Босоркун тебе даровал знания русского языка… Ха…ха… мне душу вернул, а тебя говорить научил… так, что ли…
— Не… ну ты, точно глухой дурень, — сердито произнес кот, продолжая оглаживать свои усы. — Служу я Босоркуну…служу. А потому ему коль надо, он даст повеленье, и я тотчас, тебе на китайском запою… Да не тока, я ему служу, а все те живые твари, которые сидят на вашей просторной шейке и поворачивают ваши отупевшие отцовские и материнские чувства в другие стороны… Ну, разве — то нормально, когда меня волосатого, жирного котища, Танька твоя, сыночком называла… тьфу ты, одним словом… мур…
— Не смей! замолчи! — гневно прикрикнул Руслан на Барсика и топнул ногой так, что кот испуганно подскочил на месте, встав на четыре лапы и подняв кверху свой хвост. — Меня дурнем, называешь пусть… получишь за то… но имя Танюши не смей трогать, она болела и потому так тебя называла, бессердечная ты тварь…
— Дуралей ты… Руслан, — зашипев на хозяина откликнулся кот. — То, что я бессердечная тварь оно и так понятно… у меня души нет… только тело… А у тебя и Тани твоей… у вас же есть душа «бессмертное духовное существо, одаренное разумом и волей» так сказал твой любимый Даль… Так вот вы и должны перво-наперво думать о душе, а не о попе своей… мур… Болела жена твоя, родить не могла… ну, и, что… а сколько этих детишек в детских домах живет, брошенные, несчастные, ждущие родителей, ласки, любви… Что вы не могли усыновить, девочку, мальчика… двух мальчиков: Богдана и Владимира… И даже если бы Таня умерла, ты бы остался не один. У тебя были бы дети… твои дети, потому как приемные дети умеют любить и всегда становятся родными, если умеешь любить ты…. А вы, ты и Таня, да и не только вы… а все кругом вас… вы любите лишь себя, свое благополучие, желудочек, проще говоря, свой зад… И мечты у вас ущербные да лишь об одном, чтоб заду вашему было тепло, уютно и хорошо… мур… Вот потому вы и взяли меня, а я, что… я слуга Босоркуна — сру и жру… и душонки ваши чернотой обмазываю, нашептывая вам то, что нужно демону.
— Как же, но кошек, издревле держали в доме, чтобы они мышей ловили, — тихим голосом молвил Руслан, в душе полностью соглашаясь с мудрыми словами кота.
— Хму…хму…хму… — вновь присаживаясь на зад, и оскаливая морду, засмеялся кот. — Вот только прошу тебя не смеши меня… хму… хму… Может когда-то коты и ловили мышей, не буду спорить… Например у твоего прадеда Богдана, у которого было двенадцать детей… Может его кот и ловил мышей, потому как в той семье все жили трудом… мур…, — Барсик поморщился оскалив свою пасть, откуда выглянули небольшие белые зубы, покрытые желтоватым налетом, и все тем же хихикающее-недовольным тоном продолжил, — ну, а сейчас уволь меня. Сейчас мы мышей не ловим… Ты мне вот скажи, ты видел, чтобы я хоть одну мышь поймал, или паука, муху… ага!!! Сейчас прям… Дурак я… Бегать, ловить их, а еще потом и есть… такую вонь есть! Нет уж, дурень у нас в квартире ты, а не я… Так, что сам и лови! Вон их у тебя в кухне ночами полным полно бегают, особлива по шкафам и стенам, все время шебуршат в помойном ведре…. мур… Так, что вперед дуралей, приступай к их поимке… хму…хму… как раз поймаешь пару штук, покеда…. покеда жив еще… хму…хму… А мне их ловить без надобности, потому как оно мне не надо… Твоя кухня, твои мыши, ты и лови… а я здесь для другого приставлен!
— Вот ты, наглец, — возмущенным голосом ответил Руслан и покачал головой. — Не… наглец… хам… одним словом… Это ж надо дуралеем меня называет, а теперь еще и мышей предлагает ловить… Да я, да я… я тебя никогда сыном не называл… Тьфу, ты…, — плюнул на кота Руслан и вылетевшая изо рта слюна упала рядом с Барсиком на линолеум. — И не назову… я тебе сейчас пинка как дам… и ты кубарем полетишь в кухню и вспомнишь кто я, кто ты и главное как надо ловить мышей.
Барсик опустив голову, несколько секунд смотрел на харчок лежащий на линолеуме, затем перевел взгляд с него на хозяина, и, хмыкнув, сказал:
— Уж если мне и придется когда-нибудь вспомнить как надо ловить мышей, то это произойдет не от твоего пинка… поверь мне… И мышей в твоей затхлой кухне я ловить не стану… мур, — Барсик поднялся на четыре лапы, и бесшумно ступая направился к входной двери. — Потому как заговорил я с тобой не просто так, а по надобности… а надобность состоит в том, чтобы я показал тебе кое-что…
