Хельга проснулась, но еще не открыла глаза, ей показалось, что все, произошедшее за последнее время, это только сон. Она вспомнила свое путешествие из замка, похороны Ливии, улыбнулась этому безумному сну и ей захотелось сейчас же встать и рассказать кому-нибудь об этом. Хельга открыла глаза, приподнялась на локте и тут же замерла. Рядом с ее постелью спал в кресле Шинно. Его уставшее лицо, мятая и испачканная одежда, крепко зажатый в руке меч – все это говорило о том, что сон был явью. Принцесса осторожно села, пытаясь не разбудить своего стража, но легкого шелеста ткани оказалось достаточно, чтобы Шинно вскочил в готовности уничтожить любого, кто посмеет нарушить покой его подопечной.
– Ты проснулась, – улыбнулся он, повертел затекшей шеей, расправил плечи и устало шлепнулся обратно в кресло.
– Да, но как бы мне хотелось, чтобы это было сном…
Хельга сидела на кровати и смотрела на Шинно так, словно видела его в первый раз. Довольно крупного телосложения, мужественный и сильный, уверенный в себе, всегда рядом, всегда готов поддержать и помочь. Мускулистые руки с сильно выдающимися венами, хотя даже эта чрезмерность была красива. Легкая, едва заметная улыбка на губах и бескрайние, бездонные серо-зеленые глаза. Их взгляды встретились и замерли на миг, время перестало существовать вокруг, предоставив им возможность не торопиться, а они проникали взглядом друг в друга, пытаясь понять и объяснить свои чувства, открывая все новые и новые, впуская в себя совершенно необъяснимые ощущения. Хельга почувствовала непреодолимое желание быть еще ближе к нему, она встала и, не отрывая взгляда, подошла ближе, присела к нему на колени, провела ладонью по колючей щеке, вдохнула запах, идущий от него, закрыла глаза и прикоснулась губами к его губам. Это прикосновение было легким и практически незаметным, но таким горячим и зовущим, что Шинно привлек Хельгу к себе, а она с удовольствием отвечала на все его действия. Они оба испытывали бесконечное наслаждение от нежности друг друга, не нужно было ни слов, ни объяснений, ни просьб. Очарование и единение мира в сплетении двух тел.
Ронг почти не слышно открыл дверь, стараясь случайно никого не потревожить, и заглянул в комнату. Увидев Хельгу и Шинно в объятиях друг друга сначала остолбенел, затем так же тихо закрыл дверь, вышел в гостиную и изо всей силы ударил кулаком в стену. Постоял несколько секунд, посмотрел на кровь, капающую из разбитой руки, на капельки, разлетевшиеся кляксами по полу, резанул ножом подол плаща, оторвал по разрезу кусок ткани, затянул разбитую руку и вышел на улицу. Ему хотелось убить обоих, уничтожить весь мир и себя вместе с ними. Он подошел к дереву, с ненавистью посмотрел вокруг и упал во влажную росную траву. Ронг лежал и плакал, слезы смешивались с росой, а бессилие и боль отравляли и уничтожали тело и душу миллиметр за миллиметром. Гончие, почуяв хозяина, подбежали, сели рядом, нетерпеливо перебирая передними лапами и виляя хвостом. Одна из них подошла ближе, уткнулась мокрым холодным носом в щеку Ронга.
– Невероятно…– сказала Хельга, укутываясь в одеяло.
– Что именно?
– Шинно, я никогда не думала о тебе, но теперь мне стало так понятно, что жизнь без тебя была пустой, мне все время чего-то не хватало. Тебя?
Он засмеялся, нежно обнял ее и прилег рядом. Они лежали молча, как будто понимали мысли друг друга, а та наполненность, которую они обрели, давала силы, веру в лучшее, желание жить.
– Наверное нужно вставать, Шинно? Сколько лун прошло после похорон?
– Две…
– Так много?!
– Ну да, Ронг собирал воинов, чтобы заставить тунемов отсидеться пока в своих землянках и не выходить на войну. Они с Килимом все еще надеются найти ту ниточку, которая держит их в зависимости.
– Мне больно оттого, что я не знаю как ему теперь объяснить о нас…
– Ты думаешь это нужно?
– Мне кажется, он имеет право знать, почему я так поступила.
– Он не поймет. Ему просто больно. И совершенно не важно почему.
– Мы все имеем эгоистическую основу, никто не принесет себя в ненужную жертву ради благополучия одного человека.
– Хельга, мне кажется или ты пытаешься себя оправдать?
Она замолчала и задумалась. Ей казалось таким простым и понятным то, что свои поступки можно объяснить не всегда, а Ронг, он всегда требует объяснений. Хельга вспомнила, как она после очередной ссоры убежала, как ее, спящую, обнаружили и схватили воины Амита. И после этого она словно вычеркнула Ронга из своей жизни, а тут еще яд, помутивший ее память и сознание. Любовь и ненависть так близки.
– Шинно, что теперь делать?
Он погладил ее по голове, тихонько рассмеялся и подтолкнул к краю кровати.
– Теперь вставай, соня, пора приниматься за дело.
– За какое?
– Будем возвращать тебе Замок, Прицесса!
Хельга улыбнулась, мечтательно закрыла глаза, потом быстро встала, потянулась, подняв руки вверх и изогнувшись словно кошка, и пошла в ванную, нарочито шлепая ногами по полу.
Шинно встал вслед за ней, провел рукой по одеялу, еще хранящему тепло и запах их тел, затем подошел к двери ванной, подумал несколько мгновений, и позвал:
– Хельга!
– Что?
