Сближению русских с инородцами способствовало еще и то, что большая часть поселенцев принадлежала к сельским жителям Киевской Руси. Бросив разоренные жилища и залитые кровью пашни, они искали утраченного на новых местах и в этих поисках встречались с старожилами финнами, из которых большая часть занималась земледелием и охотничьими промыслами. После черноземных полей юга, на которых без особого труда вырастало все в изобилии, нелегко было обрабатывать малоплодородный суглинок севера. Кроме того, приходилось бороться с обилием леса и болот, вырубать первый, осушать вторые. Тяжелым упорным трудом добывался хлеб на новых местах, и эта скудная жизнь тоже наложила свой отпечаток на характер великоросса. Он сделался хозяйственным, бережливым и более вдумчивым. На юге села раскидывались на большое пространство возле рек, которых там не так много, здесь нужно было искать место для селения среди болот и целой сети мелких и крупных рек. Два, три, много пять дворов, а затем леса на много верст, пока не встретится опять такое же малолюдное селение. Жители таких селений замыкались в себе и жили будничными интересами и будничной борьбой за существование. Они выжигали около себя лес на небольшое пространство, снимали несколько лет хороший урожай с удобренной золой почвы, затем переходили на другое место, чтобы сделать с ним то же самое. Леса, реки, озера, болота были для них источником многих промыслов, которые служили основанием кустарного производства, процветающего до сих пор в этих местностях. Здесь свили прочное гнездо разные лыкодеры, зверогоны, пчеловоды, рыболовы, солевары, смолокуры и тому подобные промышленники. Работа кропотливая, упорная, черная, вся сосредоточенная на мелочах, приучающая к терпению, вниманию, но не дающая простора для полета ума. Долгая зима с морозами и метелями, томительная осень с бесконечными дождями — все это приучило великоросса ждать, мириться с обстоятельствами и не отваживаться на смелые шаги, ведущие за собой крупные перевороты в жизни.
«Мономах, правнук великого князя Володимира, поставил город Володимир Залесский в Суздальской земли и осыпа его спом (окружил валом), и съда первую церковь Спаса». Так сообщается об основании Владимира в синодальной летописи времен Василия Темного, великого князя Московского.
Название «Залесский» указывает на местоположение нового города за лесами, в «Ополыцине», как издревле называлась эта часть Ростово-Суздальской области. Окраина, или как бы опушка дремучих, мало проходимых лесов, с давних пор привлекала к себе поселенцев. Здесь кончались не только леса, но и лесные болота, почва делалась более плодородной, более годной для обработки и жизни на ней. А леса, давая материал для постройки жилищ и топливо, защищали, кроме того, поселенцев от вражеских нашествий. В них мудрено было пройти и одному человеку, а не то что какому-нибудь кочевому племени, живущему грабежами и разбоями. Первоначальные жители этих мест, финские племена меряне, мещера и мурома оставили многочисленные курганы по берегам Оки и Клязьмы.
