– У вас салат «Весенний» или «Витаминный»? – поинтересовалась кассирша у девушки, когда довольный своей прытью Витвицкий нагнал ее у кассы.
– «Весенний».
– С вас рубль двадцать три.
Овсянникова вынула аккуратный кошелек, отсчитала деньги.
– Спасибо, Ирина, – с благодарностью проговорил Витвицкий сзади, чуть наклонившись к ее уху.
Она вздрогнула от неожиданности, но, узнав голос, даже не обернулась, закончив отсчитывать деньги, высыпала их из ладони на блюдце возле кассы.
– Я понял, у кого в тире был талант стрелка, – капитан лучился радостью, его распирало от этой догадки. – Еще раз спасибо.
– Не понимаю, о чем вы говорите, – не оборачиваясь, обронила старший лейтенант и, подхватив поднос, пошла в зал.
На лице ее была сейчас легкая улыбка, вот только Витвицкий ее не увидел. С подносом в руках он машинально сделал шаг следом.
– Молодой человек! А деньги? – окликнула кассирша.
Витвицкий спохватился, поставил поднос перед кассой и судорожно полез в карман:
– Да, да, конечно.
– Четыре сметаны, два сока и сочник. С вас восемьдесят семь копеек. На холостяцкой диете, что ли?
– Да, вот, пожалуйста, – капитан бросил на блюдце рубль. Шутки кассирши он не заметил – подхватил поднос и устремился следом за Овсянниковой.
– Молодой человек, а сдачу? Сдачу возьмите!
Но он уже не слышал, он стремился во что бы то ни стало догнать Ирину, поговорить уже с ней. Ведь не просто так она отстреляла за него норматив в тире, что-то же между ними все-таки есть…
Он почти догнал ее. Почти.
– Ириша, идите к нам, тут как раз свободное местечко! – раздался в стороне голос Некрасова.
Профессор сидел за одним столом с Горюновым и каким-то малознакомым офицером из местных, и Ирина села на единственное свободное место за тем столиком.
Витвицкий с подносом застыл в проходе.
– Что-то вас не видно сегодня, – говорил Ирине Горюнов.
– Так я же дежурю по городу. График.
Капитан с грустью прошел мимо, уселся за соседний стол и со страдальческим выражением на лице воззрился на четыре стакана сметаны.
Чикатило заприметил ее сразу. Девушка сидела на заднем сиденье автобуса, и рядом с ней как раз было свободное место, словно специально оставленное для него. Он спокойно прошел в хвост салона и присел рядом с ней.
Ей было лет двадцать, может, чуть больше. И от нее пахло ландышем. Чикатило почувствовал, как мгновенно становятся сухими губы.
– Простите, я приезжий, очень давно не был в вашем прекрасном городе. Можно к вам обратиться? – голос его прозвучал хрипло, но и пусть. Она ведь не знает, как он звучит обычно.
– Конечно, – улыбнулась она, – что случилось?
– Видите ли, – заторопился мужчина, – у меня тут старый друг живет, он инвалид, пишет, что скоро умрет. Я приехал его навестить, попрощаться. У меня есть название улицы, где он живет, а номер дома я забыл… но помню, как он выглядит.
– А что за улица? – участливо спросила незнакомка.
– Вторая Овражная. Знаете, где это?
– Да, знаю, это вам нужно на конечной выйти и налево, мимо складов, вдоль забора. Нет, вы так не найдете, там еще роща и ручей…
– Дом с железной крышей, синий такой, я красить помогал в пятьдесят девятом, – с чувством сказал Чикатило и добавил совсем уж грустно: – Тогда Коля еще здоровый был…
Девушка смотрела на него с участием, в ней боролись сострадание и лень.
– Ну, хорошо, – решилась она наконец, – давайте я вас провожу…
– Это было бы замечательно! – улыбнулся Чикатило, но в этот момент поймал на себе чужой взгляд.
С переднего сиденья на него с неприязнью глядели два парня.
– Слышь, мужик, тебе шо надо? – довольно грубо спросил один из них, крепкий и мордатый. – Ты шо докопался до нее? Тебе же сказали – мимо склада, вдоль забора. Так и пойдешь, понял?
– Ленка, ты дура, шо ли? – включился в разговор второй, с пушистыми юношескими усиками. – В кино, значит, у тебя времени нет, а этого обмылка провожать на зажопные выселки есть?
– Сам ты дурак, Парамонов, – вскинулась девушка. – Ему помощь нужна!
Но Чикатило уже не требовалась помощь – девушка оказалась не одна.
– Спасибо, ребятки, уже не нужно… Я вспомнил, не Овражная, а Гаражная! Вторая Гаражная. Я не в тот автобус сел. Извините…
Он встал и заспешил к выходу, оставив парней и девушку в недоумении. К счастью, автобус уже подруливал к остановке. Двери открылись, Чикатило быстро вышел.
Ахметов первым заметил вышедшего из автобуса мужчину с ориентировки.
– Товарищ капитан, вот он. Одну остановку всего проехал.
В стороне высились кирпичные пятиэтажки. Чикатило торопливо, то и дело оглядываясь, шел от остановки в глубь жилой застройки, пока вовсе не скрылся за углом.
– Смотрите, во двор уходит.
Капитан и сам все видел.
– Тормози, – скомандовал он водителю и обернулся на заднее сиденье: – Ахметов, пошли поглядим, чего он задумал…
Ахметову не нужно было повторять дважды. Он не так давно выпустился из школы милиции и стремился показать себя. Из машины он выскочил вперед начальства и сразу же устремился к арке, что вела во двор.
