— Иди, Олег, иди… — отмахнулся Кесаев.
Горюнов вышел. Когда за ним закрылась дверь и Кесаев остался один, он достал из ящика стола чистую картонную папку «ДЕЛО №» и аккуратно надписал:
На новом рабочем месте не было не только привычного уюта, но даже возможности уединиться. Небольшой кабинет был заставлен шкафами и столами, за которыми сидели несколько человек — что-то писали, считали, клацая клавишами больших калькуляторов.
Каких-то теплых отношений между людьми, сидящими в кабинете, не сложилось, и влившийся в микроколлектив Чикатило это чувствовал очень хорошо. У него самого здесь тоже не получилось никакого приятельства ни с кем, более того — он точно знал, что новые коллеги судачат за его спиной, именуя Чикатило не иначе как «этот зэк». Впрочем, на его работу это никак не влияло.
В кабинет вошла полная женщина средних лет с высокой прической — Чикатило не помнил, как ее зовут, знал только, что она из профкома.
— Добрый день, — поприветствовала тетка. — Мне нужен… Чикатилов Андрей Романович, — старательно выговорила она, тщательно сверившись с бумажкой. — Есть такой?
— Да, это я, — мужчина поднялся из-за стола. — Только моя фамилия Чикатило, без В на конце.
— Это неважно, — небрежно обронила тетка из профкома. — Андрей Романович, вас ждут в кабинете директора.
— Кто ждет? — не понял Чикатило.
— Не знаю, — женщина многозначительно сыграла лицом. — В штатском. Идемте.
Чикатило неловко, боком выбрался из-за стола и под прицелом нескольких пар глаз двинулся следом за секретарем к двери.
— В штатском! Из КГБ, что ли? — заговорил один из коллег, когда за Чикатило закрылась дверь.
— Какое КГБ… — фыркнул второй, — Чикатилов — он просто жульман, линолеум и электромотор украл.
— Не мотор, а аккумулятор вроде.
— ОБХСС, значит.
— Зэк есть зэк. Сколько волка ни корми, он все в лес смотрит, — вздохнула сидевшая у окна женщина, подводя итог разговору.
А Чикатило шел по коридору, пытаясь унять мандраж. Он точно знал, что это не может быть ни ОБХСС, ни КГБ. По его душу в штатском могли прийти только следователи, и их интересовал точно не аккумулятор.
На мехзаводе Липягину, Витвицкому и Овсянниковой для беседы освободили целый кабинет. Перед сотрудниками милиции сидели, ерзая, двое рабочих, тех самых молодых парней, что накануне патрулировали в качестве дружинников парк Авиаторов.
— Что-то необычное за время патрулирования заметили? — сдержанно задавал вопросы Липягин.
— Та не, все как обычно, — пожал плечами один из парней. — Ну, пьяные были, ребенок потерялся, но быстро родителей нашли. А! Вот, вспомнил!
Липягин, Овсянникова и Витвицкий переглянулись.
— Что вспомнили? — поторопил майор.
— Там, в парке, вечером компания парней с Октябрьского района шухерилась… — зачастил парень, но спохватился, поправился: — Извините, вела себя вызывающе… ну, девчонок клеили, с парнями задирались.
— Подрались они еще пару раз, было дело, — подхватил второй. — Ну, мы их попросили вежливо. В общем, они покинули… Ушли, короче. А что случилось-то? Говорят, женщину убили?
— Отвечайте, пожалуйста, на вопрос, — осадил Липягин.
Любопытный парень нахмурился и отвернулся к окну. Это заметил Витвицкий:
— Простите, как вас зовут?
— Ну, Леонид, — нехотя отозвался парень, — и шо?
— Леонид, это все замечательно, но нас интересуют не хулиганы, а вот… — Витвицкий кивнул Овсянниковой, и та выложила на стол фоторобот убийцы. — Вот этот человек.
Леонид взял фоторобот, пригляделся:
— Это кто? Шпион, что ли? Агент, да?
Он передал картинку коллеге.
— Вы видели этого мужчину? — спросил Липягин.
Парень, что разглядывал картинку, наморщил лоб:
— Ну-у-у… Не, таких вроде не было.
— Вроде? — зацепилась за неуверенность старший лейтенант.
— Точно — не было, — уверенно поддержал Леонид. — Ну, вы ж поймите — там народу как на демонстрации! Разве всех упомнишь, тем более вот такого.
— Какого — «вот такого»? — заинтересовался Витвицкий.
— Вот такого — никакого, — отозвался первый парень, возвращая рисунок. — На вас шляпу надеть — и тоже похож будете. Там полпарка в шляпах было! Вот если бы родинка на щеке или шрам. Или борода!
— Ага, и плакат в руке: «Я — преступник!», — разочарованно подытожил Липягин. — Ладно, ребята, спасибо. Вы свободны.
В директорский кабинет Чикатило вошел настороженно, за столом у нынешнего директора он увидел своего прежнего начальника, и в глазах его появился испуг. Зачем он здесь? Зачем вынырнул из прежней жизни? Как нашел? Или ему помогли найти?
— А вот и Андрей Романович! — елейно протянул директор электровозостроительного, на всякий случай украдкой глянув в ежедневник, чтобы сверить имя-отчество.
— Здравствуй, дорогой! — прежний начальник, Иван Трофимович, поднялся из-за стола и с прежней теплотой пожал Чикатило руку, будто и не было кражи, разноса на партсобрании и позорного изгнания из партии.
— Здравствуй… те… — проговорил Чикатило, не понимая, стоит или не стоит бояться. — А что здесь… Что случилось, товарищи?
