Чингисхан полностью

Двадцать минут подъема через прохладный, расточающий сладкий аромат ельник - и мы на плоской поляне, усеянной мшистыми холмиками. Поверхность поляны выглядела по­ дозрительно ровной, наводила на мысль, что это дело рук че­ловеческих. Очевидно, это было то место, где когда-то стоял храм Камала. И сейчас это был своего рода храм, потому что между стройными елями стояло еще одно ово из еловых стволов, а перед ним — два огромных металлических котла для жертвоприношений и алтарь, также сложенный из бре­ вен. На алтаре были навалены кучи пустых бутылок и плошек для благовоний. С похожих на вигвам бревен ово свисали ти­бетские молельные флаги. Я походил между холмиками, раз­ думывая, что может в них скрываться. Что сделалось с хра­ мом? Были его стены из камня или деревянные? Он сам раз-

390

рушился или ему помогли? Куда подевались камни после того, как их видел Игорь, — разворованы, увезены для других построек или ушли под землю?

На самом краю ровной площадки, где мягкая земля была утоптана ногами, я увидел куски, осколки керамики. С бью­ щимся сердцем я подобрал парочку. Они у меня хранятся до сих пор, эти два черепка серо-коричневой керамики, так, ничего особенного, грубо обработанные, с одной стороны гладкие, не глазированные. Я пишу эти слова, а от черепков чуть пахнет влажным торфом. Это были полуцилиндры двух размеров, один диаметром со столовую тарелку (21,5 см), другой диаметром с блюдце (9 сантиметров). Судя по кро­шечным отпечаткам на внутренней поверхности, их фор­мировали или сушили на ткани, похожей на мешковину. Джессика Хэррисон-Холл, эксперт по китайской керамике Британского музея, уверяет, что это типичные китайские че­ репицы для крыш и спокойно могут относиться к четырна­ дцатому веку, возможно, их делали тут же из принесенной откуда-то глины.

Мы продолжили подъем, он делался все круче, и стоявшие по сторонам ели становились все более чахлыми из-за высо­ ты. Я шел и пытался представить себе картину: деревянные стены, портик с крышей, крытой мелкой черепицей, ведет в простую комнату с алтарем, подставкой для возжигания бла­ говоний и портретом прадеда Камала, изображенного под стать горе, которую он обозначил как святую. Это можно бы­ ло представить себе только в фантазии. А у меня в руке было упрямое доказательство, подтверждающее теорию. Нет, не теорию, а факт. Что это Бурхан Халдун и что могила должна быть где-то в этих местах. Камала не стал бы выбирать невер­ ное место.

Но если Чингис похоронен где-то поблизости, то где? Здесь, на этом плато? Конечно же, нет. Если Камала действи­тельно хотел выполнить пожелания Чингиса, он бы сохранил могилу в тайне, и в этом случае разве стал бы он привлекать

391

ДЖОН МЭН

чингис : хан

внимание к этому месту, собрав тут рабочих, чтобы выров­нять площадку, срубить деревья, привезти глину, поставить печь, изготовить черепицу, ввести регулярные богослуже­ ния, исполнять ритуалы? Нет, вторая площадка, где находят­ ся заполненные камнями ямы Игоря, выглядит более обе­щающей.

Тропинка еще раз ушла круто вверх, петляя между деревь­ ями с вылезающими из земли могучими корнями. Нельзя сказать, чтобы подъем был трудный, каким он и должен быть для священной горы - и как это я только сразу не сообразил! Мои рассуждения относительно преднамеренной дезин­формации властей были просто смехотворными. Весь смысл идеи священной горы в том, что она должна быть дос­ тупной, — это не значит, что попасть на нее ничего не стоит, потому что ее попросту затопчут, но в то же время путь к ней не должен быть подвигом. Для того, кого не остановит дол­ гий подход, который можно совершить на лошадях с одной- двумя палатками, следуя расставленным указателям, Бурхан Халдун не труднее пиренейского отрезка пути пилигримов на богомолье в Сантьяго де Компостела, хотя и без радости увидеть приют для пилигримов.

- Похоже, жить здесь не так-то просто, - заметил я Туме-ну, пыхтевшему рядом со мной. Эрдене быстро ушел вперед, и его уже не было видно за соснами и лиственницами. — На чем мог тут существовать Чингис?

- На кедровых орешках, — выдохнул, стараясь порав­ няться со мной, Тумен. - Осенью это хорошая еда. Тут есть еще и ягоды. И олени, лоси, и антилопы. А чуть пониже сур­ ки и белки.

- А как насчет волков?

- Не проблема, я думаю. Волки предпочитают домашний скот. А в этих безлюдных местах откуда скот.

Ладно, волков можно не бояться. Мы молча поднимались еще с полчаса и вышли на второе плато, где между низкорос­ лыми хвойными деревцами гулял прохладный ветерок. Пря-

392