Чингисхан полностью

«Голубая книга» Шиги известна как «Великая Ясса» или джасагх (вариант транслитерации монгольского слова, оз­ начающего правительство или свод законов, которое звучит дзассаг). Оригинал книги утрачен, потому что в Китае она не получила легального статуса даже после монгольского за­воевания, но отрывки из нее доступны из других источни­ков, китайских и персидских.

В предыдущем абзаце прячется еще одно нововведение, наводящее на мысль о возрастающей уверенности Чингиса в

123

ДЖОН МЭН

предначертание свыше. Традиционно монголы поклоня­ лись Голубому небу Теперь, впервые, говорится о том, что Чингису покровительствует Вечное Небо. Сказать с уверен­ ностью, когда точно произошла эта подмена, очень трудно, но перед нами свидетельство того, что Чингис и его сторон­ ники находили все больше подтверждений исключительно­сти судьбы Чингиса и превращения мечты в реальность. Пе­ременчивое благословение Голубого неба может дать крат­ ковременный успех клану, основание же целой нации предполагает нечто более основательное — а что может быть для построения империи основательнее поддержки вечного божества?

Революция Чингиса охватила общество сверху донизу. Покончено с племенными отрядами, теперь полки присяга­ют на верность своим командирам. Правда, некоторые пол­ ки остались племенными, но исключительно при условии, что они сохраняют безусловную преданность Чингису. Из­ менение статуса полка каралось смертной казнью, не про­ явившие себя в бою командиры смещались. Вся военная и социальная структура была поставлена на новый фундамент решением Чингиса сформировать собственный контингент личной охраны из 10 000 воинов, получивших особые при­ вилегии. Это был гениальный ход, потому что в состав лич­ ной охраны брали сыновей полковых командиров, и они имели тот же ранг, что и их отцы, различие в их положении за­ ключалось только в том, что за проступки отцов первыми не­ сли наказание сыновья. Очень умно, в высшей степени ориги­ нально, если не сказать уникально. Прежде чем нарушить клят­ ву верности, командир десять раз подумает и вспомнит, что его сын в заложниках у хана и что предательство повлечет за собой санкции против обоих. Личная преданность стала пре­ выше всего, выше племенных уз, и это создавало совершенно новую и очень прочную социальную текстуру, подчиненную одной-единственной цели - завоеванию.

И завоевание было всем, так как это общество не знало де­нежной экономики. Войскам можно было платить только на-

124

ЧИНГИСХАН

турой. Власть сама по себе не давала ничего. Как только поко­ ренные племена абсорбированы — мужчины распределены по полкам, молодые женщины розданы, дети обращены в раб­ ство, шелк, чаши, седла, луки, кони и стада поделены, — воины вновь ждут нового приказа от вождя. Старая система сломана, новая выстроена - но как, реально, можно заставить ее функ­ ционировать? Только нацелив на источник богатств, захват которых открывал дорогу к новым походам и новым завоева­ ниям — землям, простирающимся к югу от Гоби.

Голубое озеро не единственное возможное место, где могла проходить церемония, во время которой Темучин стал Чин­гисханом, но его красота, географическое положение и сама местность придают этой версии особую убедительность. Мне очень хочется, чтобы Темучин выбрал для «коронации» именно это место. На высоте шести метров над озером кра-' суется открытое плато, выстланное ковром сочной травы, почти пологие восточные берега — идеальные пастбища и естественная площадь для построения войск и разбивки во­енного лагеря. Если командующему было необходимо оки­ нуть взором свою армию, он мог подняться на 100 метров на зеленую лужайку на склоне горы Черное Сердце, что распо­ ложена напротив.

Я не одинок в своем мнении. Монголы давно уже приняли эту точку зрения, считая, что это наиболее вероятное место для этого торжества, и соответственно почитают его. Грубое кольцо плоских, изъеденных лишайниками камней отмеча­ ет основу чего-то очень большого — может быть, временно­ го дворца, построенного неизвестно когда и с какой целью. Так и хочется допустить, что это и есть зал коронации, но где доказательства? Возможно, это остатки какого-то сооруже­ ния, возведенного позже в память коронации, подобного более позднему добавлению - небольшому мраморному столбу с разбросанными вокруг камнями и приношениями, на котором выбит портрет человека с суровым взглядом.

125

ДЖОН МЭН

ЧИНГИСХАН

Трижды совершающие ритуальный обход памятника па­ ломники проложили вокруг него еле приметную тропку. На шесте трепещет голубой шелковый стяг с надписью, нане­ сенной старым вертикальным письмом: «Здесь, на Голубом озере Черного сердца, был коронован Чингисхан».