Сигумир Беззубый, как сообщают любопытные люди, уже совсем не тот, что раньше. Недавно Эйриху стало известно, что старичок вдруг забыл свою нелюбовь к цивилизованным народам и купил грека-целителя из Сирмия. По непроверенным сведениям, Сигумира донимает какая-то непонятная и тяжёлая хворь, что очень беспокоит его самого и близких.
В таком почтенном возрасте будет совсем неудивительно, если Сигумир отправится к праотцам, поэтому надо уже сейчас налаживать контакты с его возможными преемниками. Эйрих собирается начать очень часто общаться с Вунджо Старым, Альбвином и Альдамиром Седоголовым — эти трое имеют самый серьёзный вес в Чёрной фракции, поэтому если кого-то и выберут лидером, то только одного из них. И будет совсем замечательно, если окажется, что к моменту выборов каждый из них будет чем-то сильно обязан Эйриху…
— Не слышал разве? — слегка удивился Эйрих. — Сигумир тяжко болен, есть немалый риск, что не доживёт до зимы — уже надо думать о том, кто придёт на его место.
— Ты хитрее старого лиса, — усмехнулся Дропаней. — А ведь есть в Чёрной фракции несколько сенаторов, пребывающих в ней только из уважения к Сигумиру… Ладно, иди уж.
Эйрих покинул дом сенатора и пошёл к себе, а по пути решил подумать о важных вещах.
Судя по всему, Дропаней был занят чем-то более важным, раз упустил из виду такое. Впрочем, это Эйрих имеет некоторое количество людей, специально вынюхивающих в деревне всякие интересности, об остальных участниках политической борьбы такого сказать нельзя.
У Эйриха есть Феомах, стадо овец съевший на подковёрных интригах Большого императорского дворца, ставший почти своим среди остготов, почти забывших обстоятельства, благодаря которым этот римлянин здесь оказался.
У Иоанна Феомаха есть несколько десятков надёжных контактов, с помощью которых он узнаёт некоторые вещи, которые люди обычно стараются тщательно скрывать. Ещё римлянин заведует набором проверенных людей, склонных заниматься тем, чем обычные люди заниматься не склонны — Эйрих называл это «углубленной торговлей» или «торговлей с нюансами».
Ничего нового изобретать не пришлось, ведь в прошлой жизни у него почти всегда срабатывал приём с торговцами, прибывающими в интересующие Темучжина города с полуофициальными посольскими миссиями.
В большинстве случаев, такие торговцы не занимались ничем незаконным, так, косвенными способами узнавали численность гарнизона, выясняли положение дел с запасами на случай осады, вычленяли ключевых лиц в политике, и так далее. А потом, если на то была воля Темучжина, послы-торговцы начинали вести себя нагло, нарываясь на реакцию городских властей, после чего их убивали или высылали. Нет, специально на смерть их Темучжин не направлял, но случалось такое, что торговцев-послов казнили, что было даже лучшим исходом, ведь это неоспоримый казус белли.
Но будущие торговцы-послы остготского народа не будут никакими послами и, уж тем более, не будут настоящими торговцами. У Эйриха есть для них другие задачи.
Первое место, куда они направятся — это Серес. (1)
Эйрих не любил тратить много денег. Очень не любил. Поэтому его не могла не беспокоить трата уймы денег на пергаменты, технологией выделки которых остготы не владели. Весь пергамент, ходящий сейчас по остготским деревням — покупной.
Но он прекрасно помнил китайскую бумагу, которую активно использовали его сановники. Бумага была дешевле пергамента, это он знал оттуда же, из прошлой жизни, потому что умел и любил считать свои деньги.
Первая группа «торговцев» пойдёт в Серес своим ходом, через земли гуннов, через Каспий и дальше. Уже на месте группа обоснуется, расторгуется и выведает секрет бумаги, после чего повезёт его обратно.
«Если удастся воссоздать ту бумагу…» — мечтательно прикрыл глаза Эйрих, проходя мимо дома старейшины Бартмира. — «Ею ведь ещё и торговать можно…»
В поддержку «торговцам» Эйрих даст отряд из трёхсот воинов, а также приличные деньги, чтобы не подохли с голоду по пути.
Есть риск, что их убьют, поэтому через три месяца другим маршрутом пойдёт вторая группа «торговцев», с той же задачей.
У Эйриха грандиозные планы на бумагу, поэтому, когда они возьмут Рим и Равенну, он собирается отправить ещё несколько групп «торговцев», но уже морем, через Египет и Индию.
«А я ведь был там…» — подумал он. — «Джелал ад-Дин бежал в Индию, я смотрел на землю индийцев с берега Инда, но дальше идти не стал».
Представление о географии тех краёв он и так имел, но в этой жизни почерпнул многое из научных трудов и уточнил некоторые сведения.
