Временами отвлекаемый уточнявшим направление Ряховским, Ратцингер с трудом мог сосредоточиться. К тому же сказывалось и то, что ему отовсюду чудились взгляды культистов, наблюдавших за незваными гостями. Затравленный страхом мозг с трудом соображал.
Далеко за спиной послышались мужские крики на арабском. Беглецы тут же застыли на месте и обернулись. Вдалеке у входа в храм Шу столпилось полдюжины охранников. Выставив перед собой оружие, они уставились на нечто, лежавшее на земле.
Переведя взгляд обратно, в ту сторону, куда следовало идти, Ратцингер с облегчением увидел то, что искал.
Священные пруды храма Шу являли собой довольно жалкое зрелище. Как и здание, которое немец только что покинул, они были наполовину занесены песком и напоминали пару приготовленных к раскапыванию котлованов. Заключённые в гранитные берега, они были рассечены на квадраты верёвками, натянутыми на воткнутые в землю колышки. Археологи не теряли надежды отыскать здесь что-либо исторически ценное.
– Идём, – шёпотом обратился он к остальным. – Пруды совсем рядом.
Его никто не услышал. Все наблюдали за движениями сеттитов у входа в храм. Один из них поднял что-то с земли и показал остальным, бурно артикулируя. Находка его явно разозлила. Ковальский и Марго побледнели. В руках культиста болтались их самодельные противогазы.
– Вот зараза… – вырвалось у Ковальского.
Разъярённый своей находкой, начальник охраны гавкающим голосом отдал приказ. Немец не сомневался, что он потребовал прочесать весь комплекс и отыскать беглецов.
– Валим отсюда… – послышался за спиной голос Ряховского. – Ведите, Ратцингер.
Штефану не надо было повторять дважды. Обогнав федерала, он спустился в ближайший котлован, пересёк его по диагонали и упёрся в гранитный берег пруда. Здесь археологам удалось преуспеть больше всего: с этого края водоём был раскопан почти полностью, отчего напоминал профессиональный спортивный бассейн с плавно спускавшимся дном. От мелкой воды по пояс для детей и новичков до трёхметровой глубины для прыжков с трамплина или вышки.
Этот древний бассейн сейчас был Ратцингеру по плечи. И немец не видел того, что надеялся найти всей душой.
Канала, связывающего священный пруд с Нилом.
Задрав голову, Штефан окинул взглядом окрестности. Затянутый полотнищами забор затруднял ему обзор, однако немцу удалось примерно определить, в каком направлении была река. Самой ближней к руслу оказалась правая стена.
– Где-то здесь должен быть сток, – сказал он шёпотом остальным. – Если найдём его, сможем выбраться с территории комплекса.
– Придётся закончить за погибших археологов их работу, – мрачно констатировала Марго.
– Погибших? – удивился Ратцингер.
– Да, – девушка села на колени у самого берега и погрузила руки в горячий песок. – Видимо, они все отравились газом в подземелье.
– Так вот почему вы смастерили эти уродливые штуковины?
Сложив ладони лодочкой и используя их в качестве совка, Маргарита принялась раскапывать песок. К ней тут же присоединилась Алиса, пока Ковальский и Ряховский зорко следили за горизонтом.
– Противогазы, – поправила его Марго. – Весь храм был заполнен сероводородом, которым отравились члены экспедиции. Это вдобавок к опускающемуся потолку, призванному раздавить незадачливых грабителей.
– Интересно…
Или же их всех ликвидировали сеттиты. Вполне себе бескровный способ, благодаря которому всё произошедшее легко можно было списать на несчастный случай. Отыскав вход в святилище, незадачливые исследователи надышались сероводорода и умерли, поскольку не догадывались об угрозе.
Но внимание Ратцингера привлекло вовсе не это. Как никогда прежде ему хотелось ошибаться, но назвать это совпадением язык не поворачивался.
Последнее чётко отсылало к роли бога Шу в египетской мифологии. Разделивший своих детей – землю и небо – собой, то бишь воздухом, Шу, по сути, гарантировал людям спокойное существование. Если бы он бросил свой пост, то небеса и земная твердь сомкнулись бы, уничтожив этот мир.
Трепеща всей душой, Ратцингер только сейчас понял, в какой переплёт они все угодили…
– Мы нашли его… – радостно сказала Алиса.
