Несмотря на тяжёлую работу, которую мальчику приходилось выполнять наравне со взрослыми мужчинами, Тэо нравилась жизнь на корабле. Здесь он чувствовал себя по-настоящему счастливым. Море увлекало парня, словно первая юношеская любовь, да такой любовью оно и было для него. Отец обучал сына навигации и астрономии, показывал, как обращаться с измерительными инструментами, и юнге особо пригодились его познания в математике. Тэо увлечённо впитывал новые сведения и всё схватывал налету, чем безмерно радовал Мориса.
Команда пиратов на шхуне собралась довольно разношёрстная. Кроме французов, на корабле были и негры с индейцами, двое выходцев из Англии и даже один испанец родом из Каталонии. Тэо, узнав об этом, как-то заговорил с моряками. Услышав от мальчишки родную речь, мужчины удивились, а впоследствии не упускали возможности пообщаться на родном языке. Особенно порадовался испанец, которому не с кем было перекинуться словом. Так юнга пополнял словарный запас, изумляя моряков быстротой запоминания новых слов и фраз и всё больше поражая испанца правильностью своего произношения.
Тэо любил читать, и капитан не отказывал сыну в подобном увлечении и покупал в городах, где они бывали, заинтересовавшие мальчика книги. Тем более, прочитав их, юнга в часы досуга развлекал команду, пересказывая прочитанное.
Когда корабль заходил в порт другого государства, Тэо, спускаясь на берег, разговаривал с местным населением, пытаясь освоить язык. В результате он довольно сносно разговорил на турецком и арабском. Когда парню исполнилось пятнадцать, Тэо получил свою первую должность. Судовой клерк заболел, и моряка пришлось оставить на берегу, а юнга стал его приемником. Парнишка увлечённо вёл судовой журнал, отлично выполняя возложенные на него обязанности.
Пришвартовываясь в пиратских портах, Тэо удивлял моряков других кораблей своими манерами и образованностью. Некоторые флибустьеры высказывали предположение, что мальчишка принадлежит к разорившемуся дворянскому роду. «Поэтому он и занялся пиратством», – считали морские разбойники. Когда Тэо убеждал моряков в обратном и говорил, что он сын Мориса, парни ничуть не разочаровывались, а лишь с ещё большим уважением посматривали на капитана и его сына.
Разумеется, юного флибустьера обучали владению оружием и рукопашному бою. Каждый член команды считал своим долгом показать любознательному мальчишке приёмы и хитрые штучки, которыми владел сам. Обладая от природы недюжинной силой и целеустремлённостью, Тэо в конечном итоге сделался отменным бойцом и сильно злился, когда его не допускали до сражения, считая, что он ещё не готов. Парень подозревал, что и клерком его назначили именно с целью уберечь от схваток и от нежелания во время заварушки выпускать на палубу.
На первый свой абордаж Тэо вышел в семнадцать, а к двадцати годам более искусного бойца на корабле, чем сын капитана, было не сыскать. Довольно скоро он занял должность квартирмейстера, что вызвало у Хьюго ещё большую злобу. Именно Хьюго всегда считался лучшим рубакой, но сварливый нрав пирата и его жадность при разделе добычи не нравилась команде, поэтому парни и решили сменить квартирмейстера. С того времени именно Тэо вёл пиратов на абордаж и первым залетал на палубу противника, он же и делил добычу. Все знали: парень не обманет. Тогда-то Тэо и начал носить чёрную одежду, цвет которой должен был скрывать от товарищей возможные раны предводителя, и тогда же он заслужил и прозвище «Корбо». Действительно, когда, готовясь к атаке, парень замирал перед схваткой, то вполне мог сойти за хищно застывшего ворона, планирующего долбануть врага своим мощным клювом.
В свободное время изголодавшиеся мужчины частенько заводили разговоры о женщинах. Чаще всего пираты делились своими похождениями по борделям. Где ещё моряку без усилий можно быстро найти плотскую любовь? Но Тэо, слушая рассказы товарищей, только недовольно хмурился. Мальчишка вспоминал мать, ему не нравились скабрезные шутки разбойников. Когда парню исполнилось восемнадцать, капитан посчитал, что сын уже достаточно повзрослел, и привёл его в публичный дом. Команда расползлась по комнатам, а Морис предложил:
– Выбирай женщину, любую, которая понравится. Я оплачу.
– Не буду! – насупился Тэо. – Не хочу, – буркнул он.
– Не хочешь же ты сказать, что тебя не волнуют женщины? – удивлённо взглянул на сына Морис.
– Волнуют, – признался парень. – Но я не люблю ни одну из них.
Пират засмеялся и проговорил:
– И что из того? Ни одна из них тоже не любит тебя. Они ждут от тебя ни любви, мой мальчик, а денег.
– Это мерзко … – зло ответил Тэо.
– Д-а-а, – вздохнул отец. – Похоже, всё-таки зря я накупил тебе твоих дурацких книжек. Это в них ты начитался про любовь? – поинтересовался пират.
Парень молчал. Перед глазами возникло грустное лицо матери, и окружающие его женщины вызывали в нём только сочувствие.
– Я понимаю твои чувства к матери, – догадавшись, чем озабочен сын, проговорил Морис. – Но ты не можешь обойтись без женщины, – понимающе улыбнувшись, проговорил отец. – Это природа, сынок.
