Проводив девушку, Корбо сел возле окна и задумчиво воззрился на темную воду. Нежная улыбка, золотистые локоны, хрупкие плечи и руки юной аристократки не выходили у мужчины из головы. Вспоминая синие настороженные глаза, пират ощущал непонятное тепло в груди. Эти глаза словно магнит притягивали капитана, но в глазах девушки он не видел похоти, как у других женщин. Они были чистыми. «Как море», – подумал Корбо.
Мысли текли спокойно и плавно, словно волны в океане. Образ испанки продолжал стоять перед глазами, и капитану было почему-то приятно вспоминать о ней. «Эстель… – произнёс вслух Корбо. – Означает «звезда»…, – задумчиво перевёл он. – Да, она похожа на звезду», – согласился пират и, взглянув на звёзды, вдруг понял: никогда ранее ему не встречалась женщина подобная Эстель. «Она не для тебя, – сказал себе капитан. – Звезда…, – снова проговорил он и, разглядывая небо усмехнулся. – Звёзды такие прекрасные, манящие, но недоступно далёкие», – грустно улыбнувшись, подумал капитан.
– Твоя Звезда рядом. Только руку протяни и возьми! Что тебя останавливает? – неожиданно возник предательский голос внутри.
«Да, эта Звезда рядом», – подумал Корбо. Пират понимал, он может взять пленницу если захочет. Но Тэо считал недостойным принуждать женщин к близости. Он никогда не понимал некоторых мужчин: какое удовольствие получают они от насилия? Причиняя унижение другим, ощущают собственную власть? Ему казалось гораздо упоительней добиться ответной благосклонности женщины, чем брать её силой. Капитан вновь вспомнил Эстель – хрупкую и чистую, и недовольно прогнал дьявольский голос:
– Зачем она мне? – спросил себя Корбо и, решив, что не стоит забивать голову всякой ерундой, взялся проверять записи судового журнала. Сосредоточившись на делах, Корбо перестал вспоминать о девушке.
Вернувшись в каюту, Эстель готовилась ко сну. Она специально выбрала платье, застёгивающееся спереди, чтоб иметь возможность раздеться без посторонней помощи. Освободившись от корсажа и юбок, девушка подошла к окну и, вдохнув свежий воздух, задумалась.
Встреча с капитаном озадачила её. Пират не выглядел кровожадным и бездушным убийцей, а оказался интересным собеседником. В мужчине чувствовалась воля и ум, а его умение убедительно аргументировать было бесспорным. Не таким аристократка представляла себе капитана пиратского корабля. «Корбо, – вспомнила Эстель имя пирата. – Чёрный одинокий Ворон». Девушка до сих пор ощущала на себе обжигающий взгляд капитана. Он словно проникал в глубину души, и ей становилось жутко. Чего он ищет там? Глаза пирата казались одновременно холодными и горячими, и она не могла понять такое сочетание, и это пугало бедняжку.
Неожиданно Эстель охватило предчувствие приближения чего-то ужасного. И оно исходило именно от этого человека. Но девушка, не в состоянии дать объяснения своему беспокойству, не могла понять, отчего же она испытывает страх? Капитан вроде вёл себя достойно… Вдохнув полной грудью свежий воздух океана, Эстель постаралась отогнать от себя тревожные мысли, и взглянув в окно, невольно залюбовалась окружающим спокойствием. Умиротворение природы передалось и сеньорите, и она направилась спать.
Стараясь не разбудить спящую соседку, девушка забралась на диван, но тот предательски заскрипел, и Долорес проснулась.
– Что-то ты рано, – недовольно пробурчала графиня. – Так быстро надоела ему? – ревниво фыркнула женщина.
– О чём ты? Мы только разговаривали, – обиделась Эстель на неприличные подозрения сеньоры. Долорес поднялась и недоверчиво посмотрела на соседку.
– Разговаривали? О чём? О чём такая девчонка, как ты, могла разговаривать с капитаном? – засмеялась она.
– Об этом и разговаривали, – недовольно проворчала Эстель и отвернулась: ей не хотелось объясняться.
Графиня, презрительно хмыкнув, тоже отвернулась. В каюте воцарилась тишина, и сон сморил женщин.
Утро нового дня встретило мореплавателей попутным ветром. Моряки, занятые привычными делами, сновали по кораблю: кто-то драил палубу, кто-то проверял такелаж и рангоут, кому-то пришлось откачивать собравшуюся за ночь воду. Плаванье продолжалось, и до его завершения было ещё далеко. Парни, переговариваясь, мечтали о времени, когда они спустятся на землю и отведут душу в портовом кабаке. Вот, где можно будет объедаться до отрыжки и упиться элем до бесчувствия. Конечно, наличие дам несколько скрашивало жизнь разгульной братии, добавляя остроту в скучное путешествие, но женщин было недостаточно для полноценного ощущения счастья, и пираты считали дни до знаменательного момента – остановки в большом порту.
Закончив работу, Санчес, уселся на баке и заиграл на инструменте, напоминающем скрипку. Только держал парень её на животе, словно гитару, и обходился без помощи смычка. Играть на инструменте индеец научился, находясь в рабстве у испанского сеньора, от которого в последствие сбежал и подался в пираты. Незамысловатая мелодия весело кружилась над палубой, поднимая настроение команде. Корбо с мостика наблюдал за парнями и слушал музыку индейца.
