Маркус подождал несколько секунд и постучал снова. Крепко прижал ухо к двери, пытаясь уловить какой-нибудь предательский звук. Тишина. Он выждал еще с полминуты и опять постучал. На сей раз погромче. И даже настойчиво прошептал: «Грейс».
Черт. Бросив последний умоляющий взгляд на дверь, он уныло побрел восвояси. Только и остается смотреть платный канал — мягкое порно. Надо будет расплатиться пораньше, чтобы другие не подслушали, сколько ему насчитали за дополнительные услуги.
Передавали слезливый немецкий фильм о двух нянях в отпуске, который он видел уже два раза. Досмотрев до конца, он выключил свет и телевизор.
По молчаливому уговору было решено, что совещание с Лаутеншюцем будет вести Роско. За завтраком он ознакомил Маркуса и Грейс со своим стратегическим планом. Маркус сосредоточенно внимал каждому слову, что позволяло ему с легкостью игнорировать Грейс.
— Стало быть, сценарий вот какой. Маркус представит «Фернивал», в том числе их планы интеграции ИФК. Затем Грейс доложит об анализе деятельности «Юэлл». Затем снова Маркус — по поводу графика операции. Лаутеншюц вряд ли хорошо разбирается в проблемах поглощения компаний, в этой благополучной стране проблем почти не существует. И, наконец, я изложу наши соображения насчет финансирования. Дело не только в том, что «Скиддер» обязан предложить Цюрихскому банку первый кусок пирога; в настоящее время банки США рассматривают швейцарцев фактически как нашу материнскую компанию, и, если Цюрихский банк не поддержит нас в этом деле, мы потеряем их доверие. А они нужны нам для совершения очень крупной сделки. Заручившись их согласием, я не буду иметь никаких проблем касательно всего остального. Кстати, должен вам сказать, я привлек еще одного человека.
Маркус встревожился. Но Селларс быстро развеял его опасения.
— Только одного. Джулию Давентри. С тех пор как вошла в мою группу в «Морган-Стэнли», она помогает мне в организации финансирования. И здесь она может оказать неоценимую помощь…
Маркус одобрительно кивнул. После ланча у Чарлза Бартона он не имел особой возможности поговорить с нею, считая ниже своего достоинства становиться в конец очереди из скиддеровских парней, пытавшихся пригласить ее на ланч, обед или куда-нибудь еще. Работа вместе с нею над проектом — его проектом, кстати говоря, — даст вполне естественный шанс узнать ее поближе.
— Между прочим, ей бы хорошо быть с нами, когда мы поедем в Нью-Йорк, чтобы представить банкам свой проект.
Маркус был приятно удивлен. Грейс осторожно улыбнулась, не уверенная, относится ли это «мы» и к ней тоже.
Ровно в восемь сорок пять к отелю подъехал «Мерседес», который быстро доставил их в штаб-квартиру Цюрихского банка. Их проводили на верхний этаж, в конференц-зал. Через десять минут вошел Эрнст Лаутеншюц.
— А-а, Роско. Рад вас видеть.
Строго соблюдая субординацию, Лаутеншюц словно и не замечал остальных, пока не оказал надлежащих почестей главному лицу.
— Вы хорошо устроились? Надеюсь, наши английские друзья не имеют нареканий.
— Да, очень хорошо. Эрнст, мне кажется, вы уже встречались с Маркусом Фордом, он один из директоров в отделе корпоративных финансов.
— Я? О да, наверное. Простите, в вашем отделе так много директоров. — Он небрежно пожал руку Маркуса.
Маркус почувствовал, что краснеет. Он разговаривал с Лаутеншюцем целых десять минут и, лежа в постели с Грейс, щедро преувеличил этот отрезок времени.
— А это, — продолжал Селларс, — Грейс Честерфилд, администратор проекта, который мы собираемся обсудить. Она прекрасный работник.
— Уверен, что так и есть…
К досаде Маркуса, Лаутеншюц прилип к ее руке чуть ли не навечно; ее он явно заметил.
— Ну, Роско, так что же представляет собою ваш проект?
Совещание шло, и с каждой минутой Маркус все больше мрачнел. Он рассчитывал здесь на главную роль и ожидал соответствующего приема. А что получается? Этот мерзкий швейцарский кретин упорно обращается со всеми вопросами к Селларсу, даже если они касаются аспектов, которые представлял Маркус. Роско переадресовывал вопросы Маркусу, но при этом назойливо добавлял к каждому ответу одну-две фразы, создавая впечатление, что за всю операцию отвечает он лично. А когда пришел черед этой чертовки Грейс, ситуация мгновенно изменилась. Лаутеншюц как ни в чем не бывало обращался прямо к ней.
По окончании формальной презентации Лаутеншюц попросил разъяснить ему английские правила касательно поглощения компаний. Какие блокирующие действия может предпринять компания-объект? Он здорово удивился, услышав, что, помимо возможности отказаться от условий покупателя и выдвинуть собственные, она мало что способна сделать, разве что скрестить на счастье пальцы.
— Я рад, что в Швейцарии все по-другому.
От раздражения Маркус не сдержался, подчеркнул, что в Швейцарии теперь есть на сей счет собственные правила. Он специально готовился к совещанию, и теперь, пользуясь случаем, хотел осадить швейцарца.
Лаутеншюц покровительственно улыбнулся.
