–Это ради себя. Ты очень верный и самоотверженный человек. Позаботься о Маргарите, когда меня не станет. У неё ведь совсем никого нет.
–Я обещаю, что позабочусь.
–Это всё, что я хотела услышать.
Пулкра просто разжала пальцы. Медленно. Она загадочно улыбнулась, но больше ничего не сказала. Роберт кивнул ей на прощание и покинул берег, чувствуя себя лишним.
–Роберт!– окликнула его Марго.
–Пусть идёт, звёздочка,– обратилась к ней Пулкра,– Мы с Робертом поняли друг друга и сказали всё, что хотели.
На закате, доедая остатки провизии Марго, воссоединённая семья всё ещё беседовала обо всём, что накипело за эти годы. Пулкра и Ганс рассказывали друг другу о своей жизни, хотя у обоих практически ничего яркого с момента расставания не произошло. У русалки была своя осточертевшая обыденность, у человека своя. Но Маргарита, затаив дыхание, наблюдала, как бывшие влюблённые вновь влюблялись. Почему-то это выглядело прекраснее, чем, если бы они были юными. Пожилые влюблённые… В этом была своя романтика. Уже взрослые создания, разучившиеся мечтать, вновь обретали крылья. В один момент у Маргариты навернулись слёзы, но она сдержалась. Она подумала о том, что очень скоро вся эта идиллия закончится. Ганс ещё не знал о том, что Пулкра собиралась сделать, а Марго ничего не могла изменить. Маргарита уже чувствовала холодный ветерок, будто исходящий от бабушки, либо это было просто воображение… Смерть близка.
–А помнишь, как к нам пришла та девочка, Люси, кажется…– засмеялся Ганс.
–Тогда я впервые задалась вопросом, то ли она сумасшедшая, то ли мир вокруг,– ответила Пулкра, так же, не сдерживая смех,– Какую же она несла чушь… Океан, упаси меня услышать такой бред ещё хоть раз.
–Я купил у неё каравай только из жалости,– Ганс покачал головой,– Интересно, жива ли она ещё…
–Не знаю…– сирена пожала плечами,– Мне кажется, почти все, кого мы знали, умерли…
–Даже Дюк…
–Да,– Пулкра кивнула, почувствовав укол в сердце,– Дюк тоже…
–Завтра я начну строить тебе жилище,– мечтательно улыбнулся Ганс,– Пусть Роберт за меня порыбачит, а я брошу всё своё время и силы на то, чтобы обустроить для тебя настоящий Рай на земле.
–Я русалка, Ларри,– грустная улыбка,– Я могу даже на камнях прекрасно спать. Я даже холода не чувствую, а тепло причиняет мне боль.
–Я построю тебе такой дом, что тебе в нём будет комфортно! Опустим его в воду, я куплю железную кровать… Тебе понравится! Я уже придумал, как всё это устроить!..
–Ларри…– Пулкра подняла руку, чтобы остановить фантазии возлюбленного, но Маргарита перебила их обоих.
–Мне кажется, что уже очень поздно,– Маргарита впервые за весь вечер сказала хоть слово,– Ганс, ты не хочешь спать? Бабушка, должно быть, очень устала. Все мы устали…
–Я с трудом держу глаза открытыми,– усмехнулся старик и посмотрел на возлюбленную, тепло улыбаясь,– Но я не могу оставить Барбару одну здесь.
–Иди спать, Ларри,– тихо произнесла женщина, осторожно погладив Ганса по щеке влажной скользкой рукой,– Я никуда не денусь за ночь.
–Я так скучал по тебе, Барбара…
–Я знаю.
–Я не хочу оставлять тебя на всю ночь…– он взял её за руку и прижал её к своей щеке,– Прошу… Я спокойно могу заночевать в лодке, рядом с тобой.
–Ларри,– улыбка,– Позволь мне кое-что обсудить с моей девочкой. Это девичьи секреты.
–Но вы так много времени провели вместе, пока плыли сюда…
–Ларри! Прошу тебя.
–Хорошо… Я люблю тебя, Барбара.
–И я тебя!..
–Больше никогда не покидай меня!
–Обещаю!..
Ганс нехотя отстранился. Бросив на Маргариту отчасти ревнивый взгляд, Ларри ещё раз поцеловал руку Пулкры и, опираясь о свою трость, медленно покинул берег. Маргарита подошла к Пулкре и помогла женщине выползти на песок и лечь на сухое одеяло. Девушка ничего не говорила, пока влажной рукой обтирала бабушку от колючей мелкой гальки и песка. Пулкра тоже ничего не хотела говорить. С её лица совсем пропала радость, которая была ещё несколько минут назад. Женщина посмотрела внучке в глаза, лишь, когда та всхлипнула и уткнулась носом себе в руку. Маргарита зажмурилась, выпуская на щёки горячие слёзы. Одна за одной…
–Перестань…– Пулкра нахмурилась,– Марго! Прекрати немедленно!
–Это ты прекрати!– возмутилась девушка,– Что ты кому хочешь доказать, попробовав превратиться в человека? Ты же знаешь, что это не сработает! Ты просто обманываешь меня, что есть шанс. Его нет! Прекрати строить из себя воина и прими то, что дают! Ганс же обещал тебе собственный домик в воде! Все условия! Укрытие от всех ненастий, от других людей. Еду…
–Марго, неужели ты думаешь, что я хочу такой жизни?!– процедила сирена сквозь зубы,– Вы хотели уехать, а я буду держать вас здесь? Ты упрекаешь меня в том, что я не принимаю помощь?! Ты поможешь мне, если подашь вененату. Мне кажется, я имею право на то, чтобы попытаться. Или хотя бы выбрать собственную смерть.
–Ты всю жизнь была воином,– Маргарита нахмурилась,– Не сдаёшься без боя, но сейчас тебя никто не обязывает драться. Ты можешь просто жить!
