–Поэтому ты решила с ним переспать, да?– он тут же сменил тему, из-за чего сирена озлобленно зарычала и резко пошла в сторону дома, но Роберт схватил её за запястье, останавливая.
–Ты и правда говоришь об этом сейчас, когда его тело уже в огне?!– огрызнулась,– Он умер! Он мёртв, Роберт, и даже не успел почувствовать себя живым!
–А когда мне ещё об этом говорить!?– кажется, этот разговор выводил из себя даже Роберта,– Может, подождать сорок дней, провести поминки, оплатить траурное шествие, или что? Мне кажется, самое время поговорить об этом. Ты мне изменила, и не пытайся уйти от этого разговора!
–Мне было его жаль!– девушка повысила голос.
–Из жалости ты раздвинула ноги!?
–Ты не понимаешь!
–Так просвети меня!
–Он был очень красив, сначала я потеряла голову, а потом он открылся мне…
–Я так понимаю, у вас была большая любовь?
–Это не так. Он не любил меня… Он любил Софи!
–Но ты его любила, да?
–Роберт, какая теперь разница!?
–Ты даже не отрицаешь… Почему ты так поступила со мной?!
–С чего ты взял, что ты здесь вообще имел значение!?
–Я не понял…– Роберт нахмурился, почувствовав укол в душу.
–Когда между нами что-то возникло, я пыталась держаться, быть верной, но то, что произошло, касалось лишь нас с ним. Наша с ним ошибка. Ты не причём.
–Когда ты спишь со мной, а потом уходишь к другому по ночам, я очень даже причём. Я хочу видеть хоть какое-то раскаяние, но ты ведёшь себя, словно это нормально, словно то, что ты с ним трахалась, это твоё личное дело!
–Это и было наше с ним дело!– Маргарита вновь охрипла от подступающего к горлу кома,– Я не смогла противостоять желанию. Он слушал меня, Роберт. Он меня СЛЫШАЛ.
–Может, тебе стоит спать с каждым, кто тебя слушает?– Роберт озлобленно опустил брови,– Может, и со мной ты спала, потому что я тебя слушал?
–Хватит!– она закрыла уши ладонями и отвернулась,– Я не хочу об этом говорить!
–Вот так ты уходишь ты всех проблем, да?– Роберт скрестил руки на груди,– Глаза и уши закрываешь, прячешься в своей ракушке?
–Зигфрид бы болен! Я должна была ему помочь!
–А ты сама здорова?
–Что ты хочешь от меня услышать!?
–Ответ на вопрос, почему ты так поступила!
–Я уже сказала, но ты меня не слышишь! Зигфрид слышал! И понимал! Всегда!
Роберт промолчал. Маргарита посмотрела на него, закусив губы. Наверное, не стоило говорить последнюю фразу. Мужчина кивнул и направился домой. Сирена озлобленно оскалилась, когда он прошёл мимо неё.
–Сам прячешься в ракушке, Роберт!– прокричала она, когда юноша отошёл уже достаточно далеко,– Иначе ты бы понял меня, как понимал он!
Роберт не остановился. Маргарита закрыла лицо рукой и упала на колени. Душу терзала страшная досада. Был человек, а теперь его нет. Ещё несколько часов назад Зигфрид улыбался, разговаривал, дышал… Теперь он горит. От его красоты не осталось ничего, как и от его боли и безумия, с которыми он жил почти всю свою сознательную жизнь. Маргарита отчасти была рада за него, теперь он не будет мучиться, но всё же кое-что вызывало сожаление. Теперь все его планы на будущее горят вместе с ним.
–Надеюсь, я успела дать тебе всё, что было в моих силах, несчастный ты человек…
За ужином все молчали. Ганс не хотел говорить с молодыми, потому что всё ещё испытывал обиду за то, что его долгое время водили вокруг пальца, Роберт прокручивал в голове картины, которые он увидел пещере, а Маргарита хотела думать о том, как теперь помириться с Робертом, но всё ещё вспоминала принца. В голове девушки мелькала мысль, что, если бы была возможность начисто вырезать один день из своей жизни, то это был бы как раз он самый.
–Маргарита, ты скорбишь по чудовищу,– Ганс посмотрел на сирену, прервав тишину,– Ты понимаешь или нет, что он даже человеком не был?
–Он был болен,– она ответила то, что говорила уже много раз,– Ему нужна была помощь.
–Это никогда не служит оправданием,– вступил Роберт.
–Подожди, Роберт!– рыбак нахмурился,– Похоже, он ей прочистил разум. Нужно достучаться, так что не вступай.
–Почему ты говоришь так, словно я безумна!?– Марго не очень понимала, о чём речь, но ей не понравилось, что о ней говорили в третьем лице в её присутствии,– Вы же о нём не знаете ничего! Он никого не насиловал! Он мне всё рассказал, почему он делал это!..
–Конечно,– Ганс кивнул,– И что же он ещё рассказывал?
–Он говорил, что его изнасиловали, когда умерла его мама… Брат его отца…
–А что его пираты похитили и отвезли на необитаемый остров, он не рассказывал?– старик покачал головой,– Не рассказывал, что умеет поднимать предметы силой мысли? Марго, нельзя быть такой доверчивой.
–Но я сама видела!– возмутилась,– Я видела эти картины собственными глазами!
–Ты читала его мысли?– Роберт нахмурился.
–Ты не можешь знать, придумал он это или говорил правду,– вновь вступил Ганс,– Мысли никогда ничего не подтверждают. Может это вообще его больная сексуальная фантазия.
–Вы не слушаете!– Марго повысила голос.
–Неужели ты хочешь вызвать у меня сострадание к этому ублюдку!?– рыбак всё же терял терпение,– Нет, Марго. Так мы ни к чему не придём. Он заслужил смерть.
