–Тем не менее, я обрела счастье, выбравшись из лагуны,– улыбнулась Маргарита, нежно поглаживая мужчину по груди длинными пальчиками,– Может, и ты обретёшь своё, если мы куда-нибудь уедем.
–Это демагогия… «Может», да «возможно»… На самом деле все эти «возможно» не имеют никакого смысла, когда нет конечной цели.
–Что такое демагогия?
–Пустая болтовня. Это неважно, Марго! У меня нет цели, вот что страшно. Я сам не знаю, что мне нужно.
–Я могу что-нибудь сделать для тебя, чтобы помочь найти её?..
–Ничего, Марго. Пару лет подождём, накопим денег на лошадях, и уедем. Сам не знаю, куда. Может, и ехать-то никуда не нужно. Я запутался, Марго. Я просто не знаю, что я хочу найти. Что я ищу? У меня никогда не было желания, которое возвысило бы меня, как человека… Сейчас мне нужны деньги, чтобы уехать, а потом? Понадобится ещё что-то, потому что жизнь на месте не стоит. Но смысл в этом не виден моему глазу…
–А чем ты занимался, пока… Пока тебя не начали разыскивать? У тебя была эта самая цель?
–На самом деле не очень-то и полезным я занимался,– Роберт прищурился, предаваясь воспоминаниям,– Я подрабатывал мальчиком на побегушках у местного графа. Принеси то, да не это, вон то, а это не хочу… Мне не нравится, как ты сегодня одет… Сегодня мне не нравится твоя рожа… Тем не менее, я был единственным из его слуг, при котором он не боялся заниматься всякими тёмными делами. У него была женщина, постоянная. У нас, людей, это называется «жена», и я помогал ему прикрывать его любовь с другими женщинами, привозил ему шлюх… В итоге все остатки от заработанного я прогуливал в тавернах. Жили мы с матерью в маленьком двухэтажном домике, который стоял сикось-накось. Я отдавал ей чуть больше половины, на остальное снимал девок…
Роберт осёкся и тяжело вздохнул, осознав, что сказал лишнее.
–Что значит снимал?– Маргарита посмотрела ему в глаза,– Откуда снимал?
–Ну, покупал им что-нибудь попить покрепче, танцевал с ними, говорил всякие глупости, чтобы потом… В постель,– мужчина сказал последние слова тише, затем махнул рукой,– Я же этим не горжусь, Марго! Честное слово. У меня и цели какой-то не было, о которой ты спрашиваешь. Жил одним днём – что есть сегодня, то будет и завтра. Потом граф этот, чтоб его, привёл очередную девку. Она мне глазки строить начала. Сучка. Граф увидел это, потому что она прямо при нём мне в штаны пыталась залезть. Я быстро от неё сбежал, но потом началась чертовщина. Спустя неделю выяснилось, что эта баба пропала без вести. Приходили сыщики, опрашивали меня, потому что кто-то сказал, что в последний раз её видели в поместье графа. Я сделал вид, что ничего не знаю, и в один из дней, когда я вернулся на работу, граф приказал принести вина из девятой бочки. Открываю кран в девятой, а оттуда не бежит. Я ещё подумал, с чего бы. Я прекрасно знал, что она была полной. Начал её спускать на пол… На кой-то чёрт. Открываю, а вина там и, правда, нет. Да только аккуратно сложенная, порубленная частями пропавшая без вести дамочка. У меня волосы дыбом встали. Я быстро закрыл бочку и попытался взгромоздить её обратно, оборачиваюсь, а он в дверях стоит… Он сказал «Годовую плату получишь сию же минуту. И ты ничего не видел». Это было аморально, но я перетрусил. Согласился, а он мне «И вывези эту бочку подальше от моего дома». То есть, я ещё должен был прибраться за ним…
–За что он убил её?!– Маргарита шокировано раскрыла глаза.
–Я не знаю, может, она забеременела или что, а он трясся за свою репутацию перед жёнушкой. Я хотел отказаться, но он привёл аргумент… «В случае чего – это сделал ты». Я решил взять эту чёртову бочку, вывести её подальше, а потом забрать маму и съебаться как можно дальше, но…
Роберт тяжело вздохнул и закрыл глаза. Маргарита понимала, как тяжело ему давались эти воспоминания, но хотела услышать рассказ о его тёмном прошлом.
