Александр Игоревич встречал и у дверей, внизу. Как обычно, худ, лицом недоволен, и весь в чёрном. Впрочем, говорил он со Зваричами приветливо, без обычного своего высокомерия. Оттого Ольге даже милым, немного, показался. Князь же к гостям чуть позже вышел. Баркова поразилась сколь схожи они с сыном. Та же стать, тот же взгляд цепкий. Разве что постарше изрядно, да шрама на лбу не имеется. А так порода Темниковская легко узнаваема. Представились, перезнакомились, а как очередь до Ольги дошла — она чуть на пол не рухнула, так ноги у неё ослабли.
Князь же, на платье её, долго и с тщанием выбираемое, внимания не обратил. И причёску, Зваричевым куафёром состряпанную, тоже не оценил. Он, сходу, барышне в глаза заглянул, и засмотрелся, задумался изучая. А Ольга поняла, вдруг, что Игорь Алексеевич знает. Всё-всё знает. И про обстоятельства что свели их с княжичем, и про коровник, и про то откуда ребёнок у неё взялся. Она зажмурилась, было, обречённо, как вдруг голос тихий, на шёпот похожий проговорил близко от её уха, — Ну здравствуй дочка. Дай-ка я тебя обниму.
А после рыжая прилетела, завертелась, закружилась, болтовнёй щебечущей господ развлекая. И неловкость знакомства враз испарилась куда-то, как и не было. Лизка, ухватив одной рукой барышню, а другой Дашку (это ж ваша прислуга — ей всё знать полагается), потащила их по дому что где есть показывать. Ну, дом не дом, Ольга бы его дворцом окрестила, на что рыжая фыркнула пренебрежительно, мол, это вы ещё Московских хором не видывали. И с грустью какой-то протянула, — а вот поместье в Темниловке, там да. И Ольге Николаевне непременно захотелось пожить в том поместье, даже мысль мелькнула — «и чего это она в столицу-то стремилась»?
Впрочем, Лизка долго грустить не умела, дальше девиц потянула.
— А это, стало быть, ваши покои, барышня, — рыжая толкнула двустворчатую резную дверь, и Баркова замерла в недоумении.
Вместо ожидаемой комнаты, ну или двух, перед ней тянулся просторный коридор, с дверьми по обеим сторонам.
— И которые из них? — уточнила Ольга.
— Все, разумеется. Там вон опочивальня, это будуар, тут кабинет, на случай коли вы делами какими занять надумаете, али посетителя личного принять. Здесь комната для Дашки, чтобы рядышком завсегда была.
— Мне? Комнату?! — Дашка, и так пришибленно бродящая по особняку, застыла столбом, а в, глупо распахнутых, глазах слезинки заблестели. Девка судорожно всхлипнула и, бухнувшись на колени, ухватила руку Ольги Николаевны.
— Матушка, благодетельница, — принялась она покрывать поцелуями руку Барковой, — спасибо вам голубушка, спасибо что не бросили меня сирую! Я за вас... Я для вас...!
— Ну, полно, Даша, полно, — смутилась Ольга, — я то здесь причём? И когда, только, приготовить-то всё успели? — поспешила она перевести тему.
— Да как нарочный от батюшки вашего прибыл, так и начали готовиться. А что тянуть-то!? — удивилась Лизка.
— Что вот так вот прямо, — не поверила Баркова, — без обсуждения с князем?
— Угу, — Лизка не видела ничего необычного, в совершенно естественном, по её мнению, ходе событий, — ладно, тут ещё обсмотритесь — ступайте за мною я вам дальше всё покажу.
И стремительная рыжая комета вознамерилась рвануть вверх по лестнице.
— А покои Александра Игоревича где? — остановила её вопросом Ольга.
— Так вот же, — повела рукой Лизка, — аккурат напротив ваших. Только вот, — несколько смущённо, продолжила она, — извините, барышня, но ходу вам туда нет. И никому нет окромя меня да Луки. Ну и князю Игорю Алексеевичу, разумеется.
Баркова кивнула, принимая сие к сведению, а Дашка лишь взгляд непонимающий с одной на другую переводила. Мол, как это хозяйка в дому, а в некоторые места ходу не имеет?
— А ты где обитаешь? — проморгавшись поинтересовалась девка.
Лизка, чуть смутившись и мордахой порозовев, ткнула пальцем в двери покоев его сиятельства, — Там же, рядышком.
— Почему? — изумилась Дашка.
— Э-э-э.
— Потому что она секретарь Александра Игоревича, — пришла на выручку растерявшейся Лизке Ольга Николаевна, — а секретарь завсегда поблизости находиться должен. Мало ли какая надобность приключится.
— Ага, — с готовностью подтвердила рыжая, благодарно взглянув на Баркову, — секретарь потому что. А как же.
***
На пятый день пребывания Ольги в столице, у Темниковых приём назначен был. Ассамблея не ассамблея, бал не бал. Что-то среднее, организованное дабы Петербуржское общество, с невестой наследника познакомить. В этот раз Баркова идти туда не боялась, и не смущалась даже. Ей там было хорошо. Ольга Николаевна, как дама склонная к самокопанию, давно уж разобралась, отчего так происходит. А всё просто оказалось: ей хорошо коли поблизости есть кто-то из тех трёх, что на болотах её выручали. Лучше, конечно же, когда все вместе.
