Второй группой растений были паразитирующие. Они существовали за счет первой группы. Прикреплялись к их корням и высасывали жизненную энергию из них. Никакой полезной функции при этом они не выполняли. Само их существование казалось лишенным смысла. Но кто сказал, что жизнь всегда должна была нести какой-то смысл? Порой жизнь была просто жизнью, не больше и не меньше.
Другое дело, те растения, что жили друг с другом в симбиозе и дополняли друг друга своими лучшими свойствами. Кхари, например, объединялись с бунгрой. Кхари росла у поверхности и во время цветения раскладывала свои лепестки на белом льду. Огромные зеленые лепестки впитывали в себя больше солнечного света, чем им было нужно. Снизу к ним присоединялись бунгры. В данном тандеме они выполняли роль стебля, который уходил глубоко под лед и добывал из него жидкую воду. Вместе они формировали единое полноценное растение. Возможно, однажды они и были единым растением, пока в какой-то момент и по какой-то причине не разделились на две равнозначные части.
Симбиоз не всегда происходил между двумя растениями. Часто растения пользовались услугами других животных. Взять, к примеру, глык. Его можно было увидеть издалека. Он формировал круглую в полметра диаметром прорезь во льду. Посреди белоснежных просторов, она так и кричала «Посмотри на меня. Приди ко мне. Нажми на меня». Целью такого призыва был обмен. Животные приносили к красным цветам остатки костей, хрящи и шкуры. Нужно было сбросить объедки в центр красного цветка. Если пища подходила, цветок громко проглатывал его и закрывался. С внешней стороны его красного рта росли желтые плоды. На вкус они были похожи на сладкую кану, сдобренную хорошей порцией толченых костей. Процесс обмена в своей сути напоминал обряд жертвоприношения, но в отличие от последнего, он действительно работал. Все было честно. Ты мне — я тебе.
Были и те, чей способ питания иначе, чем экзотическим, было трудно назвать. Гурры звали их фпомами. Они выстреливали вверх на высоту до 100 метров черный шар, прикрепленный тонюсеньким полупрозрачным отростком. Несмотря на свою невзрачность, отросток этот был необычайно крепок. Три взрослых гурра с одной стороны и три с другой не могли разорвать его на две части. Шар этот привлекал внимание мелких воздушных хищников, которые летали по небу в поисках пищи. В этом и заключалась главная хитрость. 9 раз из 10 фпомы выпускали съедобные шары без привязи. Они были питательными и вкусными. Десятый шар отличался. Стоило плоду оказаться во рту, как он тотчас же увеличивался в размерах, заполняя собой весь рот, после чего выплюнуть его было невозможно. Несчастная жертва фпома металась по воздуху во все стороны, пытаясь освободиться, а после обессиленная падала и разбивались об лед. После чего начинался процесс затягивания. Несколько минут тело тащилось по льду, оставляя за собой кровавый след, пока не падало в лунку. Одной удачной охоты в месяц фпому было достаточно для благополучного существования. В тех же плодах, которые не были привязаны, содержались семена в плотной оболочке, которую было невозможно переварить. Выходит так, что большую часть времени хищники прикармливались и служили им для распространения семян, а иногда и сами становились обедом.
Размножались растения, в основном, через плоды и семена. Животные ели плоды, глотали семена и после выводили их естественным путем. В чуть более редких случаях растения сами выстреливали семенами вверх, где вступал в игру ветер и помогал им рассеяться по территории. Пару слов стоит уделить одному интересному растению. Звали его смерт. Название свое он получил не по звукам, которые он издавал. В основе его имени лежала сама смерть. С ее костлявой помощью он и размножался. Смерт подошел к своему делу крайне изобретательно. Все начиналось с того, что он селился подо льдом и готовил свою ловушку. В процессе жизнедеятельности смерта подо льдом образовывался воздушный карман, прикрытый тонким слоем льда сверху. В небольшое отверстие он просовывал отросток с красным гребнем сверху. Этот гребень привлекал внимание мелких хищников. Они подходили к нему и не успевали его даже обнюхать. Тонкий лед проламывался, и животное падало вниз на острые, как иглы, шипы. Смерть наступала мгновенно. В следующие несколько дней смерт активно начинял свою жертву мелкими семенами. Они проникало в кровь, мясо, внутренние органы. Он также выделял особое вещество, которое препятствовало разложение и заодно усиливало аромат свежей крови. На запах прибегали другие хищники. Они поедали мясо, и в своем желудке переносили его семена, позволяя потомству смерта покорять новые территории.
