– Попробуй.
А по лицу уже видно – упёрся. Уже. Как тот самый баран, да. Кира отвела глаза.
– Рыбы достаточно, чтобы поесть. Я не завтракала. Давай вернёмся на берег, ты отдохнёшь, я приготовлю. Ты, конечно, можешь и дальше тут стоять, делать вид, будто всё в порядке…
– Всё в порядке.
Она кивнула.
– Конечно. Просто… Что будет со мной, если тебя не станет?
Кира посмотрела ему прямо в глаза. Представила на миг, как это, если его вдруг не станет. И от ужаса чуть волосы на голове не зашевелились. Ещё несколько дней назад, исчезни из её жизни любой из окружающих, кроме бюджетниц, к которым Кира как-никак привыкла, она бы не особо расстроилась. А теперь… Не только Никита, теперь она переживала и за Зои, и за Снежную Деву, и даже, как это ни парадоксально, за Пустоту.
Он думал на удивление недолго.
– Хорошо.
Они ушли на берег, где Никита завалился в камыши и заснул, а Кира приготовила еду и ждала, пока он проснётся. Смотрела на его лицо, которое выглядело старше, и думала не пойми о чём. Обычно во сне все словно дети, так говорят, а Никита стал старше. Словно груз навалился. Прямо по Шекспиру: «Я вижу на челе у вас заботу».
Смотрела на берег, где плескались крошечные волны. Подумала, что привыкла к тишине. Ни тебе гула города, ни стука фабрик, ни свиста транспорта. Вообще никакого шума. Вначале его отсутствие вызывало беспокойство и даже панику, а сейчас ничего, даже приятно. К такому можно и привыкнуть.
Тут она посмотрела вдаль и нахмурилась. Вскочила на ноги, оглянулась.
Звуки затихли, как на Земле бывает по вечерам. Ни ветра, ни птиц, ни насекомых. А главное – вокруг темнело. Очень быстро. С самого рассвета было необычно пасмурно, но Кира думала: просто тучи на небо набежали, а потом отвлеклась на Никиту и не обратила внимания, что небо так и не прояснилось.
И вот тебе на!
– Никита!
Он проснулся мгновенно и сразу сел, сгруппировавшись и выставляя локоть. Кира сглотнула, отогнала пришедшую невовремя мысль: так что же там у них в лагере происходит, если он даже просыпается наготове? Но сейчас была другая проблема.
– Никита, темнеет!
На небе сгущались, сливались какие-то сплошные тучи. У них не было краёв, словно огромная плёнка растекалась всё дальше.
– Мы не успеем в лагерь! – Кира посмотрела в сторону катера. – Я – так точно.
– Наш тоже далеко, – Никита ещё раз осмотрелся, быстро решил: – Собирай вещи, мы пойдём вглубь луж. Думаю, там будет безопасней.
Сам он стал ворошить и затаптывать огонь.
– Вода в кувшине! – подсказала Кира, собирая рыбу в листы и складывая в рюкзак. – Залей!
– Пусть будет, нельзя выливать питьевую воду. Самим пригодится.
Точно! Она и не подумала. В лужах-то солёная.
Стянула горловину рюкзака и закинула себе за спину.
– Бери копьё.
Они собрались очень быстро. Костёр погас, небо потемнело ещё больше. На небе не то что звёзд, даже отблесков хоть какого-то света не осталось. Словно чернилами всё залило.
– У меня зарядка почти на нуле, – прошептала Кира, поёжившись. – А вдруг в этих лужах тоже кто-то живёт? Те, кто по ночам вылазят?
– Вряд ли.
Он сказал так уверенно, что Кира поверила. Ей очень сильно захотелось поверить – она так и сделала.
– Тем более, мы не будем заходить далеко. У берега они не такие глубокие.
Никита выбрал метрах в пятистах большой участок суши – так, чтобы можно было и самим сидеть, и вещи на сухой поверхности оставить.
Темнота уже сгустилась, видны были только очертания берега и щётка камыша над ней. На небе пусто, ни единого огонька. В лужах, к счастью, тоже. Вряд ли Кира обрадовалась бы, если бы в воде вдруг что-то засветилось.
Они сели рядом, плечо к плечу, и затихли.
– Если что-то живое полезет, мы же услышим?
– Конечно. Над водой звуки прекрасно слышно.
– Подожди! Нужно поесть, пока не остыло. – Кира обрадовалась, что нашлось какое-никакое занятие. Достала и развернула печёную рыбу, пододвинула к нему ближе. Правда, есть наощупь было не очень удобно, да и от волнения аппетит пропал, зато Никита подкрепился. Сейчас было важно, чтобы он был сыт.
– Откуда ночь? Почему так рано? – шептала Кира. – Почему не видно даже отблеска звёзд? Будто плёнкой нефтяной заволокло.
– Не знаю. Я был уверен, что день и ночь устойчивые, и мы их определили. Но эта ночь выбивается из их числа. Думаю, здесь что-то не то.
– И я так думаю.
Они доели, Кира собрала мусор в листы и сунула обратно в рюкзак. Мало ли, вдруг на запах пищи выползут морские чудовища. Хотя лужи тут не такие огромные, чтобы чудовище поместилось.
– И сколько нам сидеть? – вздохнула Кира минут через двадцать, когда сидеть в тишине надоело. Конечно, было очень приятно слышать чьё-то дыхание, но ведь одновременно приходилось прислушиваться, ожидая появления чего-нибудь жуткого.
– Надеюсь, недолго. Если мышцы затекли, можешь встать и размяться.
– Хорошо. Только отодвинься, а то двину случайно в нос.
Никита тихо рассмеялся и отодвинулся. Кира на всякий случай проверила расстояние рукой, легко прикоснулась к его плечу, а после встала и немного размялась. Как будто в детском саду сделала зарядку.
