Дядя Коля и помалкивал. С Прухиным здоровался, как прежде, но в разговоры не вступал. Смотрел внимательно, не зная, заметил ли он их тогда ночью. Главное для себя дядя Коля отметил, что как только Прухин скрылся в столпе света, идущего прямо из земли, железный стук прекратился, и больше не повторялся ни разу за эти две недели. Прухин же вел себя как обычно, только теперь по вечерам до самой темноты ковырялся в отцовских «Жигулях»., а потом и вовсе отпуск на работе взял. Мать его выходила на солнце погреться днем, сидела на вынесенном сыном специально для нее стуле, водила туда-сюда выцветшими глазами, смотрела зло. Дядя Коля здоровался издали, но поговорить не подходил. Прухин подошел сам.
— Вы вроде как сторонитесь нас, соседи? — спросил он, растягивая пухлые губы в две узкие полоски улыбки.
— Да нет! С чего ты взял?! — наигранно удивленно ответил ему дядя Коля, но получилось это уж очень неубедительно. Прухин уточнять не стал, но осадок неприятный остался.
Вера очнулась не сразу, сознание возвращалось к ней клочками, она силилась проснуться, но тут же опять впадала в состояние полусна, не видя и не слыша ничего вокруг. Когда наконец-то она смогла открыть глаза полностью, то снова увидела перед собой призрак. Тот сидел на возвышении и смотрел на лежащую на полу Веру сверху вниз. От него шел сильный запах плесени и давно не мытого тела. Вера попробовала спросить заплетающимся почему-то языком:
— Где я?
Призрак пошамкал по-старушечьи ртом и шепелявя произнес:
— В подвале.
Вера всмотрелась в его бледное, безжизненное лицо и поняла, что перед ней женщина, возможно очень старая и больная. Кожа ее была вся в каких-то нездоровых пятнах и прыщах, рот запал, а по всему лицу сеткой проходили морщины.
— Вы кто? — спросила ее Вера.
Старуха-призрак пожевала ртом и ответила странное:
— Никто.
И тут где-то наверху грюкнул железный засов. Старуха тут же отскочила от Веры и забилась куда-то в угол комнаты, и там, сидя на корточках, прикрыла голову руками. По лестнице кто-то спускался.
Дядя Коля стоял в кухне у окна, выходившего на сад Прухиных и всматривался в сумерки. Минут десять назад Прухин вышел из дома и не спеша отправился к теплице, а там, покрутившись немного, пропал. Сейчас, когда дядя Коля стал думать о своем соседе, а думал он о нём всякое, потому что в новостях показывают, для чего некоторые несознательные граждане теперь держат теплицы, он стал припоминать, что видел Прухина там по вечерам слишком часто, скажем так, чаще, чем это надо. И видел, как тот носил в теплицу всякие вещи, которые обычно туда не носят, например, матрас или паллету, из тех, на которые ставят грузы. Зачем такие вещи ему были нужны в теплице, дядя Коля понятия не имел. Жена наотрез отказалась обсуждать с ним любые вопросы, связанные с соседями, отчего он страдал, не имея возможности поделиться своими наблюдениями. Вот и сейчас жена смотрела в комнате сериал, а дядя Коля под благовидным предлогом, что ему тот не интересен, стоял на своем посту. Он прислушивался изо всех сил, не будет ли что-то слышно, но нет, в тупике на их улице все было как обычно. И тут у него появился отличный, как он решил, план. Надо дождаться конца отпуска Прухина, и днем, когда тот точно будет на работе, сходить и посмотреть, что там у него за теплица такая. Довольный собой, дядя Коля отошел от окна. Как раз в этот момент в теплице опять из ниоткуда появился его сосед, и если бы дядя Коля не только смотрел в окно, но имел ещё и хорошее зрение, то он бы увидел, что лицо у соседа все сплошь в кровоточащих глубоких царапинах.
Как Вера не сопротивлялась, но мерзкому дядьке из «Жигулей» удалось повалить ее на пол и навалиться на нее всей своей тяжелой вонючей тушей. Вера кричала: «Помогите!», но призрак продолжал так же сидеть в оцепенении в углу подвала, не подавая никаких признаков жизни. Дядька стянул с Веры джинсы, она почувствовала это и вдруг поняла, что ее руки до этого связанные за спиной, оказались свободны, может верёвка развязалась, непонятно, и тогда она вцепилась обеими руками в его лицо. Насильник взвыл, схватился за глаза и отшатнулся.
— Убью, сука! — заорал он, но убивать не стал, а наоборот проворно и быстро взобрался вверх по лестнице.
— Все, теперь точно убьет, — прошамкал призрак из своего угла.
— Нет! — Вера попробовала встать, — надо сопротивляться! Нас же двое!
Несмотря на свой скудный житейский опыт, она моментально догадалась, что тут происходит.
— Отсюда не убежать, — сказала призрак, — я пробовала.
— Я знаю. Нам надо придумать план!
Прухин смазал царапины йодом и стал похож на какое-то чудище. Он смотрел на своё лицо в мутное, давно не мытое зеркало ванной.
