Возвращаясь в город, Мэл задумалась: несколько недель назад она была абсолютно убеждена, что у нее атрофировались душевные струны, позволяющие откликаться на мужские знаки внимания. Вроде тех, что демонстрировал Джек. Теперь она уже не была в этом столь уверена. Небольшие обнимашки, легкие поцелуи (ладно, глубокие поцелуи) – ей это было приятно. Иногда это заставляло Мэл забыть о том, что ей нечего предложить в ответ. Съездить куда-нибудь, чтобы немного пообжиматься, показалось ей теперь не самой плохой идеей. Нужно будет еще раз об этом подумать. Она заглянула в кабинет Дока, обнаружив его сидящим за своим компьютером, и спросила:
– Есть что-нибудь?
– Нет, – буркнул он.
– Хорошо, тогда я в магазин. Вам что-нибудь купить?
– Нет, – снова отрезал Док.
Она посмотрела на часы и поняла, что надо поторопиться, иначе она не успеет к началу. Когда она вошла в магазин, Джой выскочила из занавешенного дверного проема подсобки и облегченно выдохнула:
– Мэл! Слава богу!
Паническое выражение ее лица заставило Мэл тут же броситься в каморку. Там она нашла Конни – та сидела в шезлонге, наклонившись вперед и стиснув воротник своего свитера, дыхание у нее было частым и прерывистым. Мэл опустилась перед ней на колени.
– Что случилось? – в тревоге спросила она.
– Не знаю, – произнесла Конни слабым голосом. – Мне тяжело дышать.
– Джой, принеси мне упаковку аспирина. Больно? – спросила она Конни.
– Моя спина, – простонала та.
Мэл положила руку ей между лопаток.
– Здесь?
– Ага.
Джой протянула ей с полки новенькую упаковку аспирина, Мэл открыла ее, вытряхнув одну таблетку на ладонь.
– Проглоти это, быстро.
Конни так и сделала, и Мэл спросила:
– Тяжесть в груди?
– Да. Ох, да.
Мэл встала и, схватив Джой за руку, вытащила ее из каморки.
– Беги за Доком. Скажи ему, что у нее, возможно, проблемы с сердцем. Только быстрее.
Затем Мэл вернулась к Конни. Она пощупала ее пульс и обнаружила, что он учащенный и прерывистый. Кожа женщины покрылась липкой пленкой пота, дыхание было частым и неглубоким.
– Постарайся расслабиться и дышать медленно. Джой побежала за Доком.
– Что это? – всхлипнула Конни. – Что происходит?
Мэл заметила, что левая рука Конни висит, подергиваясь, словно от боли, в то время как другой рукой она тянет за ворот свитера, пытаясь его сорвать, словно это может уменьшить тяжесть в груди. Если бы Мэл решила прикинуть, у кого из двух подруг может случиться сердечный приступ, то сделала бы ставку на Джой, страдающей от избыточного веса и, возможно, высокого уровня холестерина. Но точно не на Конни, которая отличалась миниатюрной комплекцией и даже не курила.
– Я не уверена, – ответила Мэл. – Давай дождемся Дока. Не разговаривай, сохраняй спокойствие. Я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
Прошла пара напряженных минут, прежде чем в дверь, задыхаясь, влетела Джой с медицинской сумкой Дока в руке и подбежала к Мэл.
– Вот, – выдохнула она. – Он сказал попробовать дать ей нитроглицерин и сделать капельницу. Он сейчас подойдет.
– Что ж, ладно. – Мэл порылась в чемоданчике, нашла нитроглицерин и вытряхнула одну таблетку из бутылочки. – Конни, положи это под язык.
Та сделала, как ей сказали, пока Мэл доставала из сумки манжету для измерения кровяного давления и стетоскоп. Давление у Конни оказалось высоким, но через несколько секунд боль притихла. Возможно, сработал нитроглицерин.
– Так получше?
– Немного. Моя рука. Я едва могу пошевелить рукой.
– Хорошо, мы позаботимся об этом. – Мэл надела перчатки. Перетянув плечо Конни выше локтя жгутом, она начала искать здоровую вену, похлопывая двумя пальцами по внутренней поверхности руки. Затем разорвала упаковку с катетером для внутривенного вливания и медленно ввела иглу в вену. Кровь потекла по прозрачной трубке и закапала на пол. Затем Мэл закрыла катетер, поскольку у нее не было ни трубки, ни пакета с нужным раствором.
Мгновение спустя она услышала какой-то странный звук, выглянула из каморки и увидела, как старина Док закатывает в магазин старую скрипучую каталку. Он оставил ее в проходе магазина, взял с кровати пакет с раствором Рингера и протянул его Мэл, в то время как она подала ему небольшую кислородную канистру-переноску. Обернув канюлю вокруг шеи Конни, он ввел концы трубки ей в ноздри и спросил:
– Что тут у нас?
Присоединив трубку к катетеру, а пакет с раствором Рингера к трубке, Мэл принялась перечислять:
– Повышенное давление, обильное потоотделение, боли в груди, в спине и в руке… Я дала ей аспирин и нитроглицерин.
– Хорошо. Как таблетки, Конни, действуют?
– Немного, – ответила та.
