В первом укреплении постоянно находилось до трех сотен человек, а возле второго собиралась даже тысяча. В мирное время они несли пограничную службу, нередко используя ее для набегов на крымчан с целью угона скота и контрабанды. Во время войны действовали по всей реке на шайкашах, совершая внезапный налеты и вывозя жителей из угрожаемых районов. Своего рода пехота на кораблях, умело использующая свое преимущество на Днепре перед конницей врага.
Здесь всегда присутствовало парочка хоругвей государских ратников и в крепостях имелись молитвенные дома и некоторое количество орденцев, а часть шайкашей передавала свое место по наследству и пользовались правами шляхтича. Тем не менее, в целом, народ собирался исключительно вольный, нередко буйный и умелый. Другие в Диком поле редко выживали. Весна самое их время.
- Поднять весла! - зычно скомандовал кормщик.
Корабль мягко, по одной инерции прошел вперед и ткнулся в берег возле очень похожего. Тут таких с десяток, а еще несколько пузатых-купеческих и куча разнообразных лодок. Самое время местному народцу собираться. Кто прикупить-продать чего, а кто и подходящую компанию ищет. Не одни куманы налеты совершают. Обратное столь же часто происходит.
Настоящей пристани никто и не подумал сооружать, выбрасывайся на песок, если очень надо. Однако место для торговых гостей выбрано не случайно. Крепость нависает над причалом и при необходимости расстрелять сомнительных пришельцев проще простого. Даже парочка пушек на данный счет имеется.
Прямо на берегу нередко и торгуют. Чужих внутрь стен не особо допускают. Желающие могут остановиться в посаде. Многие там и живут постоянно. Далеко не все можно и нужно привозить издалека. Проще прямо тут создавать амуницию или ковать железо. Не было ремесла, на которое не нашелся бы мастер. Да и кормить войско и приехавших необходимо. Потому кое-кто, не смотря на опасное место, пашет поля, разбивает огороды, снабжая остальных. Далеко не все здесь воины, хотя с какой стороны держат пищаль или саблю и мужик не перепутает.
Спрыгнув на берег и в некотором недоумении оглядев пустую округу. Никто не торгует, палатки пустые, кое-где вещи валяются разбросанные. Корабли тоже безлюдные. Охранники и те отсутствуют. Все срочно убежали, как при нападении.
Подхожу к двум пьяным до изумления седоусым старикам. По-настоящему пожилые деды, обычно до такого возраста в Диком поле не доживают. Сидят у огромной амфоры и судя по виду давно. Кстати, не уверен, что приобретена честно, а не взята за отсутствием хозяина.
- Здравствуйте панове, - говорю вежливо.
- И тебе, ик, - отвечает один за них, - здоровьичка.
Второй молча кивнул и пал лицом в песок, не удержав равновесия. Подняться он даже не попытался, дав храпака с переливами. Перевернуть бы на бок, подумалось, а то захлебнется блевотиной.
- Люди-то где? - интересуюсь у еще держащего равновесие.
- А панове добродийства чи не знают?
Я невольно оглянулся, ожидая увидеть за спиной целую толпу панов, но остальные дисциплинированно ждали разрешения спустится, глядя с корабля. Видать у него в глазах двоится или троится.
- А чего спрашиваю, коли знаю?
- Ась? - он глубоко задумался, явно не улавливая смысл.
- Куда люди пошли? - нетерпеливо повторяю.
- Тык на площадь. Некрас в литавры ударил, созывая вече.
Ага, никакого набега нет, просто общий сбор объявили.
- Можем сходить и разгружаться, - кричу для остальных. - Асен, Мефодий, Милош - со мной.
Брат Сирик и не подумал возражать, махнув через борт. Парван, приставленный к нему для пущей уверенности, ничуть не хуже распорядится товарами. И где их семейная лавка прекрасно знает. Парню охота саблей помахать.
-Унг! Погоняй парней!
Мы с ним на пару тренируем молодых. Может не погибнут в первой же стычке, если чуток воинской науки усвоят. Только я в свободное время, а он постоянно. На удивление толковый учитель вышел. Впрочем, так я вижу, с прежним опытом. А ребята, наверняка, считают, что над ними изощренно издеваются. Что за манера давать в руки, например, в два с лишним раза более тяжелый чурбан, чем сабля. Любовью к старшему ратнику не лучатся. Кто-то поймет. Потом. Если умудрится отбиться от врага.
- С превеликим удовольствием, - вскричал Красавчик.
Морды его подчиненных заметно погрустнели. Видать надеялись погулять на острове.
- Странно, - сказал Милош, шагая рядом и посматривая на чужое добро. - Совсем не боятся так оставить.
- Если поймают, - объясняю и так всем известное, но редко понимаемое, пока не столкнутся, - с самой безделицей, украденной, привяжут к позорному столбу и рядом тяжеленую дубину кладут. Любой может вдарить. Редко кто доживает до следующего утра.
Я во сне пару раз такое видел и очень хорошо понимаю, почему мало кто рискует спереть с прилавка.
- Впрочем, если с голодухи чего пожрать взял, не выпить, именно живот набить, то считается смягчающим обстоятельством. Как и должника на цепь посадят, пока кто-то не возместит ущерб.