По данным российских архивов, против советских партизан, мирных граждан, военнопленных Красной Армии действовало 27 латвийских батальонов. В Румбульском лесу руками карателей-латышей были уничтожены около 38 тысяч человек. Латвийские легионеры действовали не только в Латвии. Так, в 1942 году карателями 2-й латвийской бригады СС были сожжены деревня Федоровка Чудского района Новгородской области и село Осино. Ими же проводились массовые поджоги и расстрелы в населенных пунктах Лубницы, Осец, Кречно в 60 км северо-западнее Новгорода, а также в лагере для военнопленных в Красном Селе под Ленинградом. В массовых расстрелах и поджогах участвовал личный состав 19-й латышской дивизии СС, которым за период с 18 декабря 1943 года по 2 апреля 1944 года было уничтожено 23 деревни и расстреляно более 1300 человек. На Украине каратели 22-го Даугавпипсского полицейского батальона безжалостно действовали в районах Житомира и Луцка; 23-го Гауйского полицейского батальона — в районах Днепропетровска и Керчи; 25-го Аравского — в районах Коростеня и Овруча, а 28-го Бартского — в районе Кривого Рога.
Еще до образования эсэсовских частей в Латвии в 1941 году солдаты 21-го латышского полицейского батальона расстреливали лиепайских евреев в Шкедских дюнах, а каратели из 18-го латышского полицейского батальона «прославились» массовыми казнями евреев в городе Слоним на территории Белоруссии.
Оставили свои следы латышские легионеры и в Польше. По данным немецкого генерала Штропа, они участвовали в операции по уничтожению Варшавского гетто в 1942–1943 годах.
Уже через несколько дней после начала Великой Отечественной войны, а именно 26 июня 1941 года, руководитель СД и Главного управления имперской безопасности обергруппенфюрер СС и генерал полиции Рейнхард Гейдрих направил всем командирам «айнзатцгрупп» директиву. В ней предписывалось «не препятствовать устремлениям по самоочищению со стороны антикоммунистических и антиеврейских кругов на оккупированных территориях».
Пресса тут же поддержала «великое начинание арийцев». Латышская газета «Тевия» от 11 июля 1941 года писала: «Еврейские грехи очень тяжелы: они хотели уничтожить нашу нацию, и поэтому они должны погибнуть как культурная нация».
Тот, кто писал эти строки, наверное, хорошо знал взгляды Гитлера по этому вопросу, сказавшего однажды, что «чем решительнее будет расправа с евреями, тем быстрее будет устранена опасность большевизма. Еврей — это катализатор, воспламеняющий горючие вещества. Народ, среди которого нет евреев, вернется к естественному миропорядку…»
Вскоре появляются «лесные братья» — отряды самообороны, а 10 февраля 1943 года, когда фашистам стало невмоготу от второй подряд холодной зимы и проигранных горячих сражений за Москву и Сталинград, фюpep подписывает приказ о создании Латышского добровольческого легиона СС.
Для оказания ему помощи в Ригу направляется в качестве руководителя рейхскомиссариата Остланд титулованный нацист обергруппенфюрер СС и генерал полиции Фридрих Еккельн, отличавшийся особой жестокостью.
Так, по собранным сотрудниками УКР СМЕРШ 2-го Прибалтийского фронта данным, к моменту вступления в Прибалтику советских войск в ней осталось лишь около 1,6 % довоенного еврейства, а к началу декабря 1941 года, согласно отчету СС — айнзацгруппы «А», в Латвии было уничтожено уже более 35 ООО евреев. А за всю войну из более чем 80 ООО латвийских евреев уцелело только 162 человека. Массовое этническое уничтожение проводилось как немецкой администрацией, так и ее сатрапами из местного населения.
Одним из местных палачей был некий Виктор Арайс — юрист по профессии, сколотивший так называемую свою полицейскую команду, помогавшую нацистам в борьбе с партизанами, евреями и просоветскими элементами.
К моменту вступления гитлеровцев в Ригу 1 июля 1941 года «команда Арайса» захватила оставленное здание управления НКВД и таким образом заявила о себе как о реальной силе. Немцы оценили «поступок» некогда лояльного советской власти юриста и реорганизовали его команду в «латышскую вспомогательную полицию безопасности». Оправдывая оказанное доверие, эта банда во главе с Арайсом 4 июля сожгла заживо в рижской Большой хоральной синагоге около полутысячи евреев.
Этот зверь во плоти убивал, вешал, насиловал. После расстрелов бандиты «премировались» вещами казненных, прочим местным жителям эти вещи запрещалось брать под угрозой расстрела. В некоторые дни, оказывая помощь фашистам, они расстреливали до 2000 человек, то есть практически на пределе физических возможностей палачей.
В уже упоминаемой рижской газете «Тевия» появилась статья под заголовком: «Борьба против жидовства», в которой говорилось: «Наконец пришло время, когда почти все нации Европы научились распознавать своего общего врага — жида. Почти все народы Европы начали войну против этого врага как на полях сражений, так и в деле внутреннего строительства. И для нас, латышей, пришел этот миг…»
