– Пожалуйста, Лина!
– Что?
– Просто пожалуйста! – сказал он и ушел, не оборачиваясь.
Лина прекрасно поняла, что именно он хотел сказать: сиди дома, никуда не лезь. Разве он не знает, как это трудно, когда тебе восемнадцать?! Эстер обязана ей все объяснить.
***
Всю дорогу до школы, Джерри нервно посматривал на телефон, ожидая звонка Сэта. Нужно было ему самому съездить в тюрьму. Ожидание тяготило, мешая думать.
Он сомневался, что решение начать со школу было верным, но идти к Эстер без точных сведений о матери тоже было бы неправильынм.
Директор Вуд уже ушел, но секретарша позволила детективу взять дело Эстер.
Джерри сел в коридоре на лавку и пролистал дело. Эстер перевелась в школу двадцать девятого марта, за шесть дней до смерти Джудит. До этого она сменила две школы: – вот сюрприз! – в Броненбурге и Широне. Почему он раньше не обратил на это внимание?
В деле лежало свидетельство о рождении, в графе мать значилось другое имя, оно поддельное, или, вероятнее всего, Эстер так же, как и он сам, жила в приемной семье. Никто не видел ее родителей или других опекунов, что было еще более странно. Даже заявление о зачислении в школу написано ей самой. Куда смотрел директор? Завтра первым делом нужно поговорить с Вудом. Эстер ведь еще нет восемнадцати!
Здесь был акт обследования жилья якобы проведенный социальным педагогом школы. Якобы, потому что сразу бросались в глаза нестыковки – двухэтажный кирпичный дом, дальше читать не было смысла – простая формальность. На этой улице все дома одноэтажные. Никто не видел, где в самом деле жила Эстер и с кем.
– Идиот! – прошипел Джерри и ударил себя по лбу.
Все сходится. Эстер всегда была с матерью, подыскивала для нее подходящие жертвы, а может быть, даже заманивала их. Вон как легко она вписалась в компанию девчонок!
Нужно срочно допросить ее. Но для начала найти. Пусть она окажется дома, с мамой и папой за милым семейным ужином. А все остальное – простым недоразумением. Не хотелось бы, чтобы девчонка–подросток оказалась причастной.
Джерри переписал адрес на листок и сунул в карман куртки.
Зазвонил телефон.
– Джерри! Джерри! – кричал в трубку Сэт.
– Да! Что стряслось?
– Я все узнал! – затараторил помощник. – Эта женщина – Натали Чек просидела двадцать лет в Бринмудской тюрьме. Пять лет назад вышла. Где сейчас никто не знает. Она бросила предоставленную ей работу в Бринмуде и уехала. Она осуждена беременной, в деле написано, что она в тюрьме родила ребенка, но мальчика. И он сразу умер. Больше детей нет. Так что Эстер не ее дочь.
– Это хорошо.
– Подожди, не все так просто. Я видел другие фотографии в деле Натали. Эта Эстер похожа как две капли воды, просто один–в–один.
– Может тогда она ее тетя, сестра или вообще бабушка? Ладно, я сейчас к ней домой, постараюсь что–то выяснить.
– Стой! Самое главное, другое. После беседы с начальником тюрьмы я уже пошел на выход, но меня тормознула дежурная. Она отвела меня в сторону и сказала, что во время ее, то есть Натали, отсидки в тюрьме происходило много странного. Она сказала, что она ээ… – Сэт невесело хохотнул, – … ну типа… колдунья.
– Супер, – мрачно заключил Джерри. – Все сговорились что ли?
– Ты не поверишь, что она мне сказала. У нее родилась не дочь, а сын.
– Ну, это ты уже говорил, мертвый, я понял.
– Нет, дежурная сказала, что ребенок не умер. Его отдали под усыновление без ведома Натали. Все под строжайшим секретом, конечно. Но я так понял, весь персонал в курсе. Это у них не редкость. Если мать в отрубоне, ребенка в тюрьме не оставят.
– Ого! – Джерри присвистнул. – Неожиданный поворот. А дежурная не врет?
– Точно нет. Она боялась говорить о ней, но еще больше ее пугает, что Натали на свободе. Она действительно вышла пять лет назад. Она говорит, что Натали сразу была странная, а после смерти ребенка вообще рехнулась. И еще кое–что…
– Что еще?
– Ребенок родился двадцать пятого марта девяносто пятого.
Джерри молчал.
– В один день с тобой.
– Ну да, – стараясь говорить безразлично, согласился Джерри. Сердце всегда напрягалось, когда он слышал ту же дату рождения, вдруг он был одним из близнецов или еще что–нибудь в этом духе. Но эта история не нравилась ему еще больше. Он не собирался обсуждать это ни с Сэтом, ни с кем–либо еще. – Не могу понять, каким образом она имеет отношение к нашему делу, но чувствую, что это так.
– Точно! У меня в голове не укладывается все это. Мне не хочется в это верить, но дежурная меня до смерти напугала своими историями. Я тебе потом подробно расскажу. У меня до сих пор мурашки размером со слона по спине бегают.
– Ладно, с этой Натали разберемся потом, а пока я с ней просто погорю. Нельзя же нам арестовать девчонку просто так, по подозрению в том, что она похожа на какую–то… – Джерри поморщился, – отсидевшую колдунью. Полный бред!
– Давай. А я мчу обратно, и везу одну из фотографий. Ты офигеешь!
