— Картина… Да обычная картина, парни. На лагерь напали ночью, один из стражников открыл ворота — его тоже, кстати, найдут там же, с письмом, в котором обговариваются условия. Ханат… харадримы вырезали командование вместе с охраной, воеводу увезли в Мордор. Вряд ли они смогут проследить наш путь до самого Барад-Дура, там сплошные камни, и ветер — ветер, это хорошо. Но даже если и так, всё равно: сосчитать, сколько приехало и сколько уехало, они все равно не сумеют, ваши об этом позаботились. На привале вы следы затёрли… Значит, дальше картина такая: раскололся я или нет, не поймёшь, но всё-таки вряд ли, тогда бы я в Ханатте прятался и дорогим гостем был. А дальше…
Он тяжело вздохнул. Провёл ладонью по лицу, словно пытаясь стереть тяжёлую сонную одурь. Произнёс глухо:
— А дальше просто. Доехали небольшим отрядом до Итилиена, воеводу привезли собой связанным. Недалеко от первой заставы — есть там одна хорошая полянка, следы легко будут читаться — укоротили на голову, замотали в плащ и на его же коне отправили в крепость. С одной из карт, поясняющих, за что. Вопросы есть?
Тишина была поистине — мёртвой. Назгулы молчали, не в силах посмотреть друг другу в глаза.
Наконец, Сайта неловко прокашлялся. Пробормотал хмуро, явно просто чтобы разорвать гнетущее молчание.
— Есть. Голову — обязательно, или попроще может как?
— Да похрен мне, Сайта, — устало, словно не о его судьбе шла речь, откликнулся Карвин. — Что у вас с этим, тоже… тяжелые воспоминания юности? Как удобнее будет, так и кончите.
Помолчал.
— Если могу выбирать, то всё-таки лучше бы — как брат, — глухо, не глядя на назгулов, попросил наконец Карвин. — Но по большому счёту — какая разница? Главное, пусть всё будет достоверно.
— Будет, — тихо, с мучительной яростью выдохнул Денна. — Обещаю, никто не поймёт. О следах мы позаботимся. И… об остальном тоже.
Карвин рвано кивнул. И, отвернувшись, дал коню шенкелей.
Больше почти до самого конца пути никто не нашёл в себе сил произнести хоть слово. Если назгулы и общались — мысленно, благодаря тем незримым нитям, что связывали души всех девятерых — то внешне это не отразилось никак.
…За пару лиг до нужного места Карвин остановил коня. Без слов отстегнул пояс вместе с мечом и подвесными кармашками, не глядя бросил его Сайте. Повернулся, роясь в седельной сумке. И хмуро протянул подъехавшему ближе Денне небольшой моток верёвки.
— Ваша, ханаттская. Парни, которые лагерь разделали, оставили. Так что вспоминай, как у вас там принято вязать… И не нежничай, будь другом. Проверять будут всё, даже насколько туго я был связан… И мог ли, хотя бы теоретически, освободиться…
Он задохнулся, подавившись словами. Мотнул головой. И резко, со злостью завёл руки за спину.
Денна тяжело прикрыл глаза. Вздохнул. Сзади Сайта осторожно взял за плечи Элвира, поддерживая обморочно шатнувшегося в седле Короля-Звездочёта.
Еретик молча подъехал к Карвину, встал с другой стороны. Опустил ладонь на плечо. Без слов. И Карвин, бросив на него тяжёлый взгляд, так же молча кивнул, благодаря за бесполезную эту поддержку.
Денна через силу набросил на протянутые запястья верёвку, закусил губу, невольно стараясь не задевать стёртую до живого мяса кожу. Поймал брошенный на него через плечо бешеный взгляд, тряхнул головой и решительно принялся вязать сложный узел.
— Туже, — сквозь зубы процедил Карвин.
— От «туже» у тебя за три дня не такие раны были бы, — с мучительным сочувствием возразил он.
— А так я развязал бы, не за час, но за день точно. К балрогам, Денна! Ты траву заново вырастил, что ты, не можешь обеспечить какие нужно раны?!
— Он не может, — глухо ответил вместо него Еретик. — С землёй ему легче. Я — смогу.
— Ну так давай.
Нумеронец тяжело вздохнул. Взглянул на Денну. Тот молча кивнул, с болезненной гримасой затянул последний узел. Толкнул коленями коня, отъезжая в сторону. На бледном лице Карвина застыло напряжённое спокойствие, но даже в темноте было видно, что скрывает оно — нешуточную боль.
— Прости, — тихо проговорил Еретик в спину Карвину. И осторожно прикоснулся пальцами к и без того опухшим запястьям. Карвин со свистом втянул воздух сквозь зубы. Дернулся в руках Сайты Элвир, порываясь — подъехать ближе. Остановился, словно услышав что-то, адресованное только ему, и с бессильным отчаянием отвернулся.
— Всё, — тяжело дыша, выдохнул спустя минуту Еретик. — Карвин… Ты помнишь, о чём мы тебе говорили — тогда, перед привалом? Не обязательно мучиться. Достаточно и того, что ты делаешь.
— А ты помнишь, что я ответил? — сквозь зубы огрызнулся Карвин, неловко поводя плечами. Поморщился. — Оставь меня в покое, нуменорец. Я справлюсь и без вашей жалости, поверь мне. Долго бы я продержался в армии, если бы не умел терпеть боль?