Чорный властелин полностью

спиздит". Солдат без лишних слов закатывает оба рукава и начинает искать...

Порылся порылся - нет ничего... Пропустил он прапора. Тот прошел чуть дальше,

тачку набок вывернул, и говорит: "Че сп...л!? Че сп...л!? - Тачку сп...л!"

Все сказаны слова, все сделаны дела...

В голове крутится песня Арии, та самая, которую они перевели с английского. А всё потому, что «пробил час, не остановишь нас». Тьфу, блин. В общем, осада началась. По пути от Ассаля армия не встретила никакого сопротивления. Причём, рыбацкие деревеньки на побережье оставлены не были — местное население относилось к армии вторжения «филосовски». Султан, негус — какая разница? Да и религиозного фанатизма я не видел. То ли пленный араб был исключением, то ли муллы не жаловали провонявшие рыбой деревеньки на несколько дворов.

Дружелюбность, а точнее равнодушие местного населения подал мне несколько идей, и часть моего полка конец пути проделала параллельно (насколько позволял рельеф побережья) основному войску в «зафрахтованных» рыбацких лодках и баркасах. Негус, к счастью, на мою самодеятельность не реагировал. Видно, принял мои эксперименты как должное — то ли осознал их потенциальную полезность, или же просто плюнул. Но теперь наш путь подошёл к концу.

Вот она, Таджура. Столица джибутийского султаната оказалась небольшим городком, скучковавшимся вокруг гавани. Где-то в миле от моря холмы спускались с высоты девятиэтажки до уровня моря, образовав долину, по форме напоминавшую амфитеатр. Окружали этот псевдоамфитеатр крепостные стены. На мой взгляд — хлипкие и невысокие, по местным же стандартам — вполне «на уровне». Ну я и не жалуюсь — мне этот город не оборонять, а совсем наоборот.

Другой слабостью города было местоположение. Тридцатиметровые холмы были значительно выше городских стен, и вражеская пародия на цитадель была как на ладони. Не хватало только подзорной трубы — разглядеть детали. Но и без неё было видно расположение оборонявшихся частей. Впрочем, в городе сейчас сооружали навесы над всеми улицами, чтобы затруднить наблюдение. Ещё видны были около десятка кораблей в гавани. Интересно, это военно-морские силы султана или «гости города»? У гавани весьма узкий выход в море, что наводило на мысли. Правда до воплощения этих мыслей предстояло много работы, для обсуждения которой я проводил военный совет.

— Берта, ты жил в Таджуре, что можешь сказать о стенах? Видишь сейчас какие-то изменения, с тех пор как ты покинул город?

— Стены... Пообветшали они на вид, при нынешнем султане. Да что там, ещё его отец о городских стенах не слишком заботился. Насколько крепки они — сказать не могу, прости принц.

— Мастер Зенабу? — Я повернулся к нашему аксумскому строителю.

— Дерьмо, а не стены. — Старик скривился и сплюнул на землю. — Лет через сорок они сами обвалятся. Камня маловато. Раствор, с виду, на ослиной моче замешивали. И это я ещё к ним близко не подходил. Рва вокруг города нет... Руки за такие укрепления отрывать надо. Но! — Тут он поднял палец и ехидно усмехнулся. — Если мы их пинать будем, то как раз эти лет сорок и простоим. Без осадных машин здесь будет грустно, принц.

— Осадных машин? — подал голос рас Бахыр.

— Да. Монахи принца Ягбы мне интереснейший манускрипт показывали. Греки великое множество хитроумных механизмов для разрушения стен придумали, оказывается.

Негусовский военачальник неразборчиво пробормотал что-то себе под нос.

— Ну что ж. Осадных машин у нас с собой нет, но есть кое-что получше. Алхимическая бомба.

Бахыр хмыкнул в усы.

— Это, как то, чем ты в шатре у негуса людей пугал?

— Не совсем, — возразил я.

Сейчас я вам всем продемонстрирую.

Петарда, фитиль, горшок. Остолбеневшие негры, тупо глядящие на раскиданые осколки горшка. У одного из них по лицу бежит струйка крови из разсечённого лба (а я предупреждал, говорил отойти на пару шагов). Таков триумф современной мысли над африканским мракобесием. Техническая мысль, кстати, работала в основном над фитилём. Ох, как с ним намаялись... Слава Богу, один из моих бляхоносцев придумал использовать кишки мелких животных в качестве оболочки дла фитиля. Нет, конечно, есть простейшая конопляная верёвка напитанная селитрой... но «кишечный» вариант показал себя куда более надёжным.

Первым от оцепенения очнулся царский полководец.

— И что, принц, мы просто положим твою ахреническую бонбу к стене и её так же разнесёт?

— Если бы... Придётся копать. — Я вздохнул.

На самом деле, поначалу я надеялся сделать именно так, но несколько экспериментов в Хайке напомнили мне о законах физики.

— Зачем?