Чорный властелин полностью

Лекарь... Лекарь был ушлым молодым человеком. Сначала он вилял, превознося своё мастерство и полезность, чем несколько меня достал. Пришлось ему популярно объяснить, что у него два пути: первый — это без лишней болтовни заинтересовать меня, а второй — отправиться к неграм в дикие земли, потому что больше он никому нахрен не нужен. Лекарь осознал, что запахло жареным, и поведал свою историю. Батя лекаря поднялся на криминале, но не желал подобного будущего своему отпрыску и пристроил парня за хорошую взятку учеником к известному медикусу. Батя несколько лет назад скончался, но у сына дела шли совсем неплохо, пока его ментора не вызвали лечить родственника султана. К несчастью, сей родственник окочурился, и всё бы ничего, но хворавший юноша был весьма любим султаном... на содомской манер. И султан приказал заточить лекарей в темницу и казнить. Ученик лекаря был вовремя предупреждён другом покойного отца и успел сделать ноги, предвартельно скоммуниздив сбережения медикуса. Медикусу-то уже всё равно — казнят к шайтану, тем более что деньги всё равно пришлось отдать как плату за побег из города.

С моральными принципами у лекаря было «всё в порядке» — принять христиансто он согласился мгновенно. Но и лечить парень умел — проэкзаменовавший его толстый монастырский врач Жен подтвердил квалификацию студента. Меня, правда, рекоммендация врача не убедила — не верю я средневековым коновалам. Студент заинтересовал меня другим — он предложил имплантировать Симран стеклянный глаз, чтобы поправить её внешность. Девушка к предложению отнеслась архиположительно — повязка на глазу служила ей постоянным напоминанием о своём увечье. Подумав, я предложил лекарю простые условия — в случае успеха лекарь получит хорошую работу и подданство. А если у индианки из-за операции будут проблемы — поплатится головой. Если не согласен, то может собираться в путь к дикарям. Студент согласился — то ли был уверен в своих навыках, то ли так боялся негров-дикарей.

Потом был поэт. Ошибка природы. Когда я спросил его, нахрена он мне нужен, то он сказал, что его уста готовы услаждать мой слух...

— Слушай, ты, недоразумение ходячее. Ещё одно такое содомитское предложение, и твои уста будут услаждать чресла моего слона. Понял?

Поэт взглянул на внушительное достоинство Хитрого Глаза и побледнел.

— Да, о величайший из принцев.

— Тьфу. Ты говорить нормально умеешь? Без попыток поцеловать собеседника в зад?

— Умею... Но султан…

— К Иблису султана, — перебил я рифмоплёта. — Чем ты вообще занимался при дворе, и какого чёрта ты там не остался?

— Я ус... — парень запнулся и нервно посмотрел на слона. — Я сочинял хвалебные поэмы для султана и восхвалял его правление. А потом султану донесли, что я непочтительно выразился о нём... пришлось убегать от стражи. Хвала Аллаху, прекрасная Марьям подарила мне один из своих браслетов, что позволило мне бежать.

— Повторяю вопрос: зачем мне сдался, поэт?

— Я мог бы написать стихи, что разнесут твою славу по миру... Все султаны держат при дворе таких, как я. — Это значит, он будет трепать языком при дворе, нести про меня гадости за спиной, а я буду его содержать? Охренеть! Вот откуда пошла гнилая интеллигенция!

— Значит так. У тебя два пути. Первый — ты отправляешься к диким неграм. Будешь их услаждать. Второй — ты принимаешь христианство и вступаешь в армию. В мою армию. Там из тебя дурь выбьют. Например, стихи писать ты будешь, только заслужив это право в бою. Зато мужиком станешь. Настоящим, а не полусодомитским недоразумением, которое передо мной сейчас стоит. Выбирай.

Поэта чуть удар не хватил. Он долго ловил ртом воздух, соображая, как мне ответить, но потом лицо его переменилось и он молвил:

— Я пойду в твою армию, принц. Я докажу тебе, что поэты — это тоже настоящие мужчины.

Ну-ну, удачи тебе, рифмоплёт.

Я отправил поэта креститься (незачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня), а сам посмотрел на слона. Вот где великая сила — не только мочит врагов в поле, но даже может заткнуть пасть поэту! Причём если надо, то и хозяйством. Я прыснул, но потом задумался. А что если снарядить Хитрого Глаза и использовать его не только как мобильную батарею? Например, вломиться в лагерь врага и порешить командование?

Это была мысль. Шкура у слона толстая. Если ещё одеть наверх деревянную или бронзовую чешую, то он будет неуязвим для стрел и хорошо защищён даже от копий. Чешую сделать можно. Мануфактура осилит. Надо бы ещё оружие ближнего боя — а то насядут, порубят хобот, засунут копьё в задницу, наконец... Зажигалки, в принципе, неплохи. Может, попробовать сделать огнемёт? Идея... стрелять, например, смесью масла и спирта... или какую-нибудь жидкость на смоле устроить... думать надо. Как защитить глаза? Идеалом были бы очки из бронестекла. Ага, где я его возьму? Пластиков-то нет. Хотя... помню, бронестекло делали из нескольких слоёв ламинированного стекла, то есть триплекса по-русски. Ещё бы знать, чем ламинировать... И тут меня осенило — нитроцеллюлоза! Первые ламинаты были из нитроцеллюлозы!