Большой банкетный зал Института Лёгких Практик каждой поверхностью излучал помпезность и выпендрёж. В глаза бросался огромный канделябр в центре, висевший не на цепях, а на левитационных плетениях, державшихся вот уже не один год. По стенам и потолку ползали ненавязчивые иллюзии пастельных оттенков, от пола приятно фонило очищенной силой.
Окинув зал быстрым взглядом, Хьёлас сразу заметил нескольких знакомых. Чим привлёк его внимание взмахом руки. Мастер Нэвиктус окинул их обоих оценивающим взглядом и одобрительно кивнул. То, что между ним и Чимом произошло что-то нехорошее, было видно невооружённым взглядом, хотя они явно прилагали усилия к тому, чтобы выглядеть нейтрально.
По залу пронёсся мелодичный звон, привлекающий внимание к помосту. На небольшое возвышение вышел мастер Велсур Арганиф – директор института. Он вступил на должность через несколько дней после гибели отца Хьёласа и прежнего директора. Рядом с Арганифом были учредители Института, и почти каждого из них Хьёлас знал. Помнил их имена, помнил каждое лицемерное сочувственное слово, которое они ему сказали. К сожалению, мастер Нэвиктус не захотел делиться с Хьёласом результатами своего частного расследования, сказал только, что никаких доказательств той или иной правды так и не нашёл. Но кое-какие детали были Хьёласу известны – из разговоров, интонаций, намёков… Пока что ему пришлось довольствоваться этим.
- Добрый вечер, дорогие гости! – неприятно улыбаясь, начал Арганиф. – Рад вас всех приветствовать на сто двенадцатой годовщине со дня основания Института Лёгких Практик. Сегодня здесь собрались самые талантливые, могущественные и самоотверженные маги…
«Бла-бла-бла, - мысленно передразнил Хьёлас. – Сам ты в это не веришь, никому из окружающих до тебя и твоих слов дела нет. Так кому нужна эта игра в любезности?»
Он изо всех сил старался отвлечься, не слушать, просто переждать, не участвуя в реальности. Особенно хотелось пропустить мимо ушей ту часть речи, где директор начнёт вспоминать «тех, кто принёс себя в жертву великому делу науки». Многовато таких будет, если по-честному.
Наконец этот отвратительный эпизод подошёл к концу. Директор сошёл с помоста и по залу начали сновать официантки с подносами. Примерно через час будет вторая часть торжественной церемонии, а после этого можно будет уносить ноги. А пока что можно поприветствовать всех, кого положено. Как сказал мастер Нэвиктус, чтобы не забывали, с кем им придётся иметь дело.
- Хьёлас, - привлёк его внимание наставник и указал на нескольких гостей на другой стороне зала. – Мастер Плэнк сегодня со старшим сыном. Он твой ровесник и о браке, насколько я могу судить, речи пока не идёт – он тоже продолжает обучение. Но всё равно представь им Виору, это будет вежливо.
Хьёлас кивнул, благодаря наставника за подсказку и жестом велел сестре следовать за ним. А потом было море дежурных улыбок и утомительных бесед. Виора поначалу немного робела и забывала о правилах хорошего тона, но потом освоилась, вспомнила правила игры и знакомилась с новыми людьми всё с большей уверенностью. Потом Хьёлас отправился выказывать своё почтение другим гостям, представлять которым Виору было бы неуместно. Когда он закончил с обязательной частью, он обнаружил, что его сестра прекрасно себя чувствует и развлекается вовсю, раскалывая мелкие иллюзии, сплетённые Чимом. Два сапога пара. Хлебом их не корми, дай с плетениями побаловаться.
- Хьёлас, ты чего такой смурной? – спросил у него мастер Нэвиктус. – Расслабься, это далеко не самое тяжёлое испытание в твоей жизни. Если ты будешь закатывать такую драму каждый раз, когда будет происходить что-то неприятное, тебе никаких сил не хватит на эту жизнь.
Конечно, мастер был прав. И Хьёлас честно пытался заставить себя посмотреть на ситуацию иначе, с иронией, а не мрачностью. Он обвёл взглядом зал, чтобы отвлечься хоть на что-то…
…И у него вдруг перехватило дыхание.
Чуть поодаль, между колоннами, стояла девушка. Создание настолько неземное, что у Хьёласа закружилась голова. Такого не бывает, только не в этой жизни, только не в этом зале! Среднего роста, изящная, как паутинка облачного баркрута, и отчаянно-рыжая, такой чистого и солнечного оттенка, какого Хьёлас, с рождения окружённый рыжими женщинами, никогда не видел.
- Кто это? – требовательно спросил он у мастера Нэвиктуса, с трудом удерживая себя на месте, чтобы не подойти к ней вот прямо сейчас.
Мастер проследил за его взглядом, помедлил немного и сказал:
- Забудь, Хьёлас. Не твой уровень.
Эти слова, вполне обыденные и весьма предсказуемые, ужалили на удивление больно. Да, он теперь и сам увидел, что эта цель ему, пожалуй, не по зубам. Даже издалека было видно, во что одета леди и её отец – конечно, этот респектабельный джентельмен рядом был её отцом. Дорогие украшения, пошитая на заказ одежда… Хьёлас, по хорошему, даже здороваться с ними не должен.
- Кто это? – повторил он вопрос.
- Ферп Карога, - сообщил Нэвиктус. – С одной из младших дочерей, я полагаю.
