- Надеюсь, все собрались? – мастер Гато вошёл в сопровождении ещё двух ребят, которым проводил дополнительную отработку плетений в классе протекционизма. – Строимся, бездельники!
Хьёлас занял своё обычное место в начале общей шеренги, и вдруг до него дошло, что с Олисом Астером что-то всерьёз не так. Его фамилия должна быть в самом начале списка, сразу после Хьёласа. И снова всплыл тот странный разговор с Бруном – «пока ты был на практикуме, я стоял в ряду первым». Но он должен был быть вторым! Очень странно…
Вот и теперь никакого «Олиса Астера» в списке мастера Гато не было. Хьёлас подумал что, возможно, из-за какой-то ошибки его перенесли в конец списка, но куратор закончил читать фамилии, отметил, что все на месте, и позволил им расходиться.
Странные подозрения крутились у Хьёласа в голове, но никак не могли сформироваться в чёткую мысль, поэтому он нагнал куратора и спросил:
- Что не так с Олисом Астером? Почему вы его не назвали?
- Ты о ком, Апинго? – совершенно серьёзно переспросил мастер Гато, но глаза его при этом задорно блестели.
И Хьёлас понял. Он хлопнул себя ладонью по лбу и негромко застонал от досады.
- Ох, Великие, как я мог быть таким идиотом! Как я мог этого не заметить?!
- Ты не идиот, Апинго, - утешил его мастер Гато, теперь уже открыто ухмыляясь. – Ты – это ты, научись уже с этим жить.
- Что случилось? – спросил Чим, который слышал лишь часть разговора.
Мастер Гато, убедившись, что к нему вопросов больше нет, удалился в свою спальню, оставив общий рабочий зал на попечение дежурного ассистента.
- Идём, найдём Уэреса, - сказал Хьёлас. – Кажется, я знаю, в чём заключается задание мастера Юхосса.
Он был не столько удивлён, сколько огорчён своим открытием. Этот урок оказался весьма познавательным, причём не столько в академическом смысле, сколько в познании самого себя и последствий собственного пренебрежения к однокурсникам. Хьёлас всегда был не очень внимателен к окружающим его людям, и сосредотачивался только на нескольких конкретных личностях, которые были для него важны. Теперь же вся степень его отчуждённости проявилась во всей красе: вот уже несколько лун он учился в одном классе с несуществующим студентом, а заметил это только теперь.
- Олис Астер – иллюзия, - сказал он Чиму и Уэресу, убедившись, что их больше никто не услышит. – Сложная смешанная иллюзия, которая питается открытым контуром – поэтому нам так неприятно его общество, ведь он тянет из нас силу, заставляя воспринимать самого себя.
Уэрес глядел на Хьёласа озадаченно и недоверчиво, Чим же нахмурился, будто пытался что-то припомнить.
- Звучит бредово, но… если так подумать, что-то я не припомню, чтобы видел его на других уроках, кроме иллюзий.
- Но он же был здесь, в общем рабочем зале. И общался с другими, на самые разные темы… невозможно придать иллюзии столько инициативности!
- Разве? – покачал головой Хьёлас. – Возможно, это не наш уровень, но… если вспомнить, никаких гениальных умозаключений мы от него не слышали. Просто отражение наших собственных догадок… ну, или наведённый речевой шаблон. Мы ведь никогда не пытались поговорить с ним на отвлечённые темы…
- Ну ещё бы, - фыркнул Чим. – Лично я всегда старался избавиться от его компании как можно скорее. Если кто и был мне менее приятен в нашем классе чем Кидо Брун, то это Олис Астер. И, кстати, ты не прав. Не припоминаю, чтобы он разговаривал с кем-то, кроме нас троих. Ну, ещё Балек или тот же Кидо…
- Да, действительно, - задумчиво сказал Уэрес. – Но это же… это… - он сделал странный жест руками, изображая всю степень своего шока.
Повисла тишина, каждый пытался сообразить, сколько правды, а сколько нездорового бреда в этой идее.
- Он никогда не рассказывал ни о себе, ни о своей семье, - сказал, наконец, Уэрес. – Поначалу я думал, что мне будет легче находиться с ним рядом, если я узнаю его получше… но затея провалилась.
- Ну, видимо, в него было вложено всё-таки слишком мало информации, чтобы поддерживать осознанный разговор на личные темы, - предположил Хьёлас, а Чим потёр ладонями лицо и негромко застонал.
- Серьёзно? Нет, серьёзно? Это и было «задание», которое мы «получили»?
- Похоже на то, - неуверенно сказал Хьёлас.
- А по-моему, это всё-таки слишком, - покачал головой Уэрес. – Ладно, допустим мы могли четыре луны отучиться в одной группе с иллюзией и не заметить ничего странного. То, что мы ни разу не упомянули Олиса в присутствии других ребят, которые понятия не имеют, кто он такой, или что мы не заговорили с ним в присутствии посторонних – ладно, это маловероятно, но возможно. Но сами подумайте, скольких усилий требует создание такой правдоподобной имитации человека? Ладно, допустим, внешний вид, голос, даже прикосновения – всё это даже мы можем повторить, хотя лично у меня с изобразительным искусством не очень, так что это будет уродище корявое. Но он вёл с нами осознанные беседы! Он плёл в нашем присутствии иллюзии! Как может иллюзия использовать магию? Не ходил же мастер Юхосс за ним по пятам под иллюзией отсутствия, чтобы управлять им во время «общения» с нами?
