- Ты же хотела пойти на вечерние чтения в храм? – полувопросительно напомнил он. – Давай пойдём вместе. Мне даже интересно, чем тебя Протекторат так очаровал.
Астрид с готовностью согласилась, и их план на вечер был определён.
После продолжения Шествия местность заметно опустела. Палаточные посёлки поредели, на территории храма из посторонних остались только участники турнира и паломники. Хотя Хьёласу и было интересно побольше узнать о догмах Протектората, он недооценил масштаб давления, которое может оказать на его психику огромный зал, наполненный жрецами и послушниками. Даже поодиночке Лайам Поо и Зои Яэску, которая даже не осознавала, что делает, вызвали у него жуткий дискомфорт навязчивой доброжелательностью. Когда же он оказался в Зале Чтений, у Хьёласа даже голова закружилась от невероятного давления со всех сторон. Он отпустил руку Астрид и инстинктивно обхватил собственные плечи, чтобы хоть немного отстраниться.
Заметив его выражение лица, Астрид осторожно начала:
- Если тебе здесь не нравится, мы можем…
- Всё в порядке, - перебил Хьёлас, пытаясь понять, что с ним происходит, - просто найди, где мы можем сесть.
Он старался не глазеть по сторонам, а сосредоточиться на собственном восприятии лёгкого эфира. Напряжение шло определённо оттуда, вот только почему оно столь мучительно, если намерение определённо позитивное? Он помнил, как тяжело ему было в первые дни после возвращения из изолятора, когда он испытывал раздражение, но не мог осознать его как навязанное из лёгкого эфира. И только после долгих часов тренировок, когда он научился чётко отличать собственные оправданные эмоции и фон, исходящий с другой стороны реальности, он смог занять позицию наблюдателя и почувствовал себя лучше.
«Почему же не получается быть просто наблюдателем теперь?» - мысленно спросил он сам у себя и подчинился направляющим движениям Астрид, которая пыталась усадить его на край длинной скамьи.
Хьёлас нервно потеребил браслет, удерживающий блокирующее плетение, и осторожно коснулся сознанием границы между реальностью и лёгким эфиром. Он прекрасно понимал, что погружаться ему не стоит, но если он хотя бы в общих чертах поймёт, что происходит…
Даже через барьер легко можно было понять, что лёгкий эфир спокоен, стабилен и безгранично счастлив. В нём было что-то, кроме обычных легкоэфирных проекций людей вокруг… что-то большое, могущественное, безгранично доброе и готовое защищать… оно просачивалось сквозь границу во всех направлениях и заставляло людей расслабляться и просто радоваться. На некоторых оно влияло сильнее, на некоторых чуть меньше… кое-кто и вовсе оказывался глух к абстрактным намерениям. Но никого это не утомляло так, как Хьёласа.
Почему?
Ответ лежал на поверхности, и Хьёлас испытал укол то ли обиды, то ли зависти, когда нашёл его. Они не сопротивлялись. Не тратили силы на то, чтобы изолироваться, а просто наслаждались атмосферой благодушия. То ли им было всё равно, что им при этом внушат, то ли они настолько доверяли Протекторату… и только Хьёлас испытывал целую кучу сомнений и подозрений.
«Не будь параноиком, - мысленно сказал он сам себе голосом, почему-то похожим на интонации мастера Нэвиктуса. – Этим ты существенно облегчишь себе жизнь».
И, повинуясь то ли интуиции, то ли разуму, всё же павшему под натиском навязанного благодушия, Хьёлас сделал глубокий вдох, медленно выдохнул и мысленно шагнул навстречу этому приветливому намерению. Перебороть инстинктивное сопротивление было довольно трудно, но как только Хьёлас внимательнее прислушался к ощущениям, распробовал их, проникся ими, напряжение начало исчезать само по себе.
«Просто прими это, - теперь его внутренний голос был невероятным образом похож на Астрид. – Как бескорыстный подарок. Как приятный сон».
Хьёлас так и сделал. От Астрид он был готов принять почти всё, что угодно.
Нигде и никогда он не чувствовал себя в таком покое и в безопасности, как в тот вечер в цитадели Протектората. Астрид была рядом, не менее счастливая и спокойная, жрец читал какой-то текст, но слова с трудом доходили до расслабленного разума Хьёласа. Он анализировал происходящее с ним и с удивлением отмечал, что, несмотря на то, что он перестал сопротивляться странному влиянию, он всё ещё не испытывает непреодолимого желания примкнуть к этому странному культу или перечислить на их счёт последние сбережения. Он просто непривычно безмятежен и уверен в собственном будущем. А заодно и в будущем Астрид.
В их совместном путешествии, которое непостижимым образом начинается здесь и сейчас.
========== 21. ЗФЕ. Эпизод 4. К миттельшпилю ==========
