Когда поздно вечером они с Астрид возвращались к месту стоянки, Хьёлас испытывал странное, совершенно новое для него смешение чувств: спокойствия, уверенности, радости и отстранённости, как будто он взглянул на свою жизнь со стороны и счёл её замечательной. Время от времени он ловил себя на мысли, что такое поведение для него не характерно, и, возможно, стоило бы более трезво оценить ситуацию, вернуть себе контроль, но потом он понимал, что это настроение в любом случае скоро исчезнет – как волшебный сон с наступлением утра. И он старался сохранить в памяти каждую секунду этого сновидения – прикосновения Астрид, её дыхание, её голос и смех; спокойствие и непоколебимость храмовой цитадели и надёжность её служителей; мягкие тени, наблюдающие за всем происходящим из лёгкого эфира. Несколько раз Хьёлас порывался описать Астрид или кому-то ещё свои наблюдения и спросить, что это значит, но каждый раз у него не находилось правильных слов, либо же он начинал сомневаться в собственных наблюдениях. Он чувствовал что-то через барьер, но это было не похоже на обычный лёгкий поток, как те, которые направляли жрецы и паладины, но стоило ему присмотреться внимательнее, как тень исчезала, таяла, оказывалась чем-то другим. Но потом всё возвращалось и снова избегало прямого взгляда, но с удовольствием крутилось вокруг.
«Хьёлас, извини, если отвлекаю тебя от чего-то важного, но вопрос срочный. Скажи пожалуйста, ты случайно не поддерживал связь с Кледом Шабаром? Ты не знаешь, где он может находиться?»
Нунций появился перед Хьёласом, развеяв ночную тьму, как раз в тот момент, когда они с Астрид уже почти вернулись к палатке. На несколько мгновений Хьёлас замер и озадаченно хлопал глазами – это сообщение настолько резко выдернуло его из эйфории, что он с трудом понял его смысл. Ещё некоторое время ему понадобилось, чтобы сообразить, чей он услышал голос, а потом ему пришлось несколько раз повторить про себя слова мастера Эршдета Китолы, чтобы понять суть заданного ему вопроса.
«Нет, не видел его ни разу после практикума, - ответил Хьёлас через нунция, и в последний момент решил полюбопытствовать: - А что случилось?»
«Спасибо за быстрый ответ, но рассказать о делах Кледа я не могу, извини. Хороших тебе каникул, и надеюсь увидеть тебя на практикуме в следующем семестре».
Хьёлас нахмурился и пришёл в себя, только когда Астрид сжала его руку и потянула вперёд.
- Кто такой этот Клед Шабар? – спросила она.
- Да так… парень один, с которым мы вместе были в изоляторе осенью, - сказал Хьёлас припоминая, как они с Кледом чуть не подрались в лёгком эфире. – Насколько я знаю, это была его третья или четвёртая попытка пройти курс – у него вечные проблемы то с самоконтролем, то с плетениями. Насколько я знаю, на этот раз на него наложили глубокую блокировку.
- «Глубокую блокировку»? – переспросила Астрид. – Что это значит?
Хьёлас удивился, что она не знает об этом. Ведь наверняка ей угрожали такими мерами, когда поймали за изучением запрещённой магии… впрочем, возможно, фамилия даёт ей определённый иммунитет к некоторым жёстким последствиям.
- Если у человека возникают проблемы с тем или иным видом магии, чтобы обезопасить его самого и окружающих, применяют три вида блокировок, - начал объяснять Хьёлас, пока Астрид готовила продукты, чтобы приготовить им ужин. – Самый простой и безобидный способ – это щит. Он никак не влияет на саму магию носителя, но активизируется, реагируя либо на конкретное плетение, либо на возмущения в целом – гасит волну, не давая ей никому навредить. В школе такие щиты чаще всего подплетают к браслетам-амулетам и подсоединяют к ним сигналки, чтобы предупредить окружающих об опасности. Потому что лёгкий щит легко смести, а прочный щит будет мешать тренировкам. В более сложных случаях ставят либо целевые барьеры, либо поверхностные идеограммы – на одежде, амулетах или даже на коже. Например, после того, что произошло у нас с Кидо Бруном, мне заблокировали доступ в лёгкий эфир с помощью барьера. Это что-то вроде… иллюзии, которая обманывает не глаза, а… сознание. Как ты знаешь, полностью обрезать связь человека с его легкоэфирным телом невозможно, но вот замаскировать пути между ними…
- Значит, барьер можно развеять, как и любую иллюзию? – спросила Астрид.
- Теоретически – да, но на практике это не всегда так уж просто, даже с полным осознанием того, что смотришь на иллюзию, - сказал Хьёлас, с неприязнью вспоминая Олиса Астера, из-за которого ему так и не удалось получить высший балл у мастера Юхосса. – Ну а в этом случае я и не пытался – я не враг себе.
Хьёлас порадовался, что в этот момент был занят разжиганием костра, иначе Астрид могла бы заметить его неискренность. А раскрываться перед ней в этом вопросе он был пока не готов – рано хвастаться успехами, слишком многое зависит от дальнейшего развития событий.
- Ну а что собой представляют глубокие блокировки?
