Хьёлас всё объяснил, и воодушевлённый Золтан отправился домой, чтобы рассказать всё мастеру Нэвиктусу. Трудно было предсказать, сработает ли такой жёсткий способ против Бенедикта, но Хьёлас был рад уже этим нескольким часам, в течение которых он мог почувствовать проблеск надежды. Надо бы запомнить это чувство, а то кто знает, что будет дальше…
А дальше был сердитый нунций от мастера Оммадса.
«Хьёлас, не ожидал от тебя такой неосторожности! Я думал, ты понимаешь, что о некоторых вещах, которые я тебе показываю и рассказываю, не пишут в учебниках. И ты так спокойно обсуждаешь их со всеми подряд? Будь внимательнее!»
Сначала Хьёлас удивился обтекаемым формулировкам, но потом до него дошло, что мастер просто не мог высказываться прямо. Если бы кто-то подслушал или случайно перехватил нунция, посторонним стало бы известно лишнее. А ведь мастер действительно показывал и рассказывал Хьёласу о некоторых техниках, для изучения которых нужны особые разрешения. Если бы об этом кто-нибудь узнал, у них обоих могли быть проблемы…
Хьёлас запоздало ужаснулся собственной неосторожности. Да, он знал, что надо помалкивать о некоторых своих знаниях, но в последние дни некоторые рассуждения стали настолько привычными, что он даже не задумывался об их сомнительности. Хорошо, что на этот раз он рассказал лишнего всего лишь Золтану – тот не станет трепаться, если мастер Нэвиктус его предупредит. Но вот другие… Хьёлас даже тревожно прокрутил в памяти некоторые разговоры с мастером Китолой и Мейто: не упоминал ли он, зачем так страстно хочет научиться затаскивать людей в лёгкий эфир? Вроде бы, нет…
«Прошу прощения, мастер, я действительно потерял бдительность, - ответил Хьёлас нунцием. – Больше не повторится».
Той ночью ему спалось ещё хуже обычного. Теперь он не только вздрагивал каждое мгновение в ожидании дурных вестей, но ещё и боялся прикоснуться во сне к собственному ядру и повредить блокировку. И всё думал, думал: удастся ли мастеру Нэвиктусу найти команду чтобы «утопить» Бенедикта? Не догадался ли кто-то о его преступных намерениях против Кидо Бруна?
Утро нового дня знаменовало собой первый день весны, но природе об этом, судя по всему, сообщить забыли – ветер и метель с самого утра были такими же, как и три декады назад. Хьёлас даже вставать не хотел, но пришлось, когда заявился мастер Гато и чуть ли не силком потащил его на поверку. А потом снова всё по кругу: лекции, на которых Хьёлас едва ли что-то слушал, практика, на которой он не мог уже сплести даже элементарную петлю из-за упадка сил, урок лёгкой магии с Мейто, который теперь занимался с ним с куда большим удовольствием: Хьёлас не чудил никаких приёмов, с которыми ассистент не мог справиться, а утрата контроля и сбитые плетения были для него привычным делом. И, наконец, привычные вечерние дела – принять нунциев, ответить, кому необходимо, домашние задания, эссе для младших…
Хьёлас словил себя на странной мысли: а зачем ему вообще оставаться в школе? Ему нужна лёгкая магия – но наиболее серьёзные приёмы ему показывает мастер Оммадс. Ему нужны деньги, чтобы оплатить уроки боевой магии для Виоры – но он намного больше заработает, если соберёт и продаст песок на берегу Мёртвого Города, чем делая домашние задания за других…
Но он махнул на эти пустые рассуждения рукой. Он знал, что есть какая-то причина оставаться здесь. Какая-то цель, которую он преследовал, какие-то амбиции… И сейчас явно не самый подходящий момент, чтобы менять решение. Надо сначала разобраться со всеми проблемами, прийти в норму…
Хьёлас потерял счёт дням. Иногда ему было лучше, иногда хуже. Время от времени он снова начинал вяло трепыхаться, и снова возвращался к мысли о том, чтобы снять блоки и забыть о бессилии как о страшном сне – и снова пошёл к мастеру Леййису, просто чтобы получить ответы на появившиеся вопросы.
- Плохо выглядишь, - честно сказал ему мастер Леййис, едва он переступил порог. – Проблемы с самоконтролем?
- Не только, - отмахнулся Хьёлас. – Личные трудности.
Он опустился в кресло и собрался с мыслями.
- Вы можете мне объяснить, в чём был смысл моей блокировки? – сразу начал он с главного, что не давало ему покоя всё это время. – Моя сила не так уж велика, чтобы её надо было от кого-то скрывать. Она недостаточно мала, чтобы приучать меня довольствоваться малым. Почему мой отец обратился к вам?
- Не знаю, - сказал мастер Леййис. Выглядел он при этом вполне искренним. – Мне тоже это было интересно, но твой отец пришёл ко мне как заказчик, он явно знал, чего и зачем хочет, и я не стал задавать вопросы.
- Сколько мне тогда было лет? – спросил Хьёлас.
- Не помню точно, - мастер нахмурился, задумчиво глядя в пространство над шкафом, - это было летом – когда мы договаривались о дате, я надеялся успеть попасть на Летний Фестиваль Единства. Думаю, это был год восемьдесят два одиннадцать или восемьдесят два двенадцать.
- Не может быть, - сказал Хьёлас. – Мне тогда был год или, соответственно, два. Это разве не слишком рано для блокировки?
Мастер Леййис пожал плечами, как будто в этом не было ничего необычного.
