На следующий день с самого утра в квартире стояла суета и ажиотаж. Виора сияла, получив свой подарок – надела изящный браслет на запястье, чтобы больше никогда его не снимать. Лаэта оккупировала оранжерею, заверив всех, что справится с поливом и подрезанием сама, и мама, на удивление, позволила ей хозяйничать. Хьёлас занимался уборкой, декоративными иллюзиями и подновлением всех бытовых плетений – чтобы не вышло конфуза при гостях. Мама и Виора готовили обед. Их задача была не из простых, потому что на этот раз приглашённых было больше обычного.
К назначенному времени всё было готово. Виора немного волновалась, так же как и Хьёлас. Казалось бы – ну что тут такого, праздничный ужин. И всё же событие незаурядное.
Первыми явилась семья Хоггарт. Виора повела их в гостиную, Хьёлас остался дежурить у двери. Он надеялся, что никто слишком не опоздает – из-за приготовлений он не успел пообедать, и теперь его желудок тоскливо урчал. В дверь постучали, он открыл.
- Доброго времени, пожалуйста, проходите.
Дису Элмаз, школьную напарницу Виоры по проказам, привели родители. Хьёлас был знаком с её отцом – они не раз встречались у куратора, когда их обоих вызывали на разбор полётов. Хьёлас пожал ему руку и вежливо поклонился леди, которую видел впервые.
- Проходите, чувствуйте себя свободно…
- О, нет, благодарю, - отозвался господин Элмаз. – Мы с супругой идём в театр. Дису заберём по пути обратно, так будет удобно?
- Да, конечно, - заверил их Хьёлас, открывая дверь шире, чтобы уходящие и новые прибывшие не мешали друг другу. – Приятного вам вечера!
- Сестрёнка! Выросла! – с порога запищала Тоэша и бросилась обнимать Виору, полностью проигнорировав Хьёласа. В другой раз он сделал бы ей замечание за такую грубость, но теперь просто молча закатил глаза и пожал руку Геноу, её мужу. Тот рассеянно улыбался, глядя на свою жену влюблёнными глазами. Что ж, вопросы, которые Хьёлас собирался задать невзначай сестре, отпали сами собой. У них всё хорошо.
В гостиной становилось шумно. Мама и Лаэта развлекали гостей разговорами, Виора упивалась всеобщим вниманием и забыла о своих обязанностях, так что Хьёласу пришлось её одёрнуть.
Следующей явилась Рианга Улонэски - Хьёлас узнал её по описанию. Она смущённо мялась за спиной у невысокого, но крайне вызывающе настроенного мужчины, который, судя по всему, был её отцом.
- Доброго времени, прохо…
- Фу, что за убожество! – сказал он, презрительно поморщившись, и поковырял носком ботинка стёртую древесину порога. – И в это место вы позвали мою дочь? Внутри, небось, всё точно так же?
Он сделал шаг вперёд и прошёл по прихожей, бесцеремонно озираясь по сторонам, оценивая обстановку.
- Я думал, раз девочки познакомились в школе, значит, семья приличная. Мда, я заподозрил неладное, когда услышал адрес… но я не думал, что всё настолько запущено.
Он провёл пальцами по притолоке, и хотя они остались чистыми, всё равно брезгливо скривился.
- Господин Улонэски, я попрошу вас соблюдать приличия в моём доме и воздержаться от оценочных суждений!
Хьёлас, наконец, отошёл от шока после внезапного вторжения. Он не знал, как реагировать на подобную бесцеремонность, и голос его предательски дрогнул, когда он говорил.
- «Твоём доме»? – презрительно переспросил гость. – Ты кто такой вообще, мальчик?
- Хьёлас Апинго, глава семьи, - твёрдо сказал Хьёлас с лёгким поклоном. – Мы с вами обменивались нунциями на прошлой де…
- Ещё и сироты, - фыркнул Улонэски. – Расчитывали, небось, на дорогой подарок, а?
Хьёлас вспыхнул. Он не хотел портить Виоре праздник, но спустить такое обращение он тоже не мог. Сестра растерянно замерла в дверном проёме, в гостиной повисла напряжённая тишина.
- Господин Улонэски, - начал Хьёлас, отчаянно стараясь говорить спокойно и ровно, но голос его дрожал, а язык заплетался от злости. – Официально уведомляю вас, что в доме установлены регистраторы событий, и если вы позволите себе ещё хоть одно уничижительное замечание по отношению ко мне или к моей семье, я использую записи для обращения в суд за причинение морального ущерба…
- Да что ты о себе вообразил, сирота…
- Приглашение было отправлено для вашей дочери, - не дал перебить себя Хьёлас, - и оно остаётся в силе. Но вас я не приглашал, а это означает, что находясь здесь, вы нарушаете права частной собственности.
- Если этот сарай можно назвать собственностью, - выплюнул Улонэски. – Только для такого отребья как вы и годится…
- Пожалуйста, ступайте осторожнее, незнакомый господин, - раздался вдруг мамин голос откуда-то сбоку. - Ваша обувь пачкает пол.
Хьёлас машинально опустил взгляд и увидел на обуви и брюках Улонэски засохшую грязь, хотя дождь прошёл два дня назад.
- Я был в Медео! – воскликнул он. – По деловым вопросам, которые…
- Не оправдывайтесь, господин Улонэски, - сказал Хьёлас. – Я ведь этого не делаю.
- А зря, - покачал головой бесцеремонный пришелец, а потом смерил недобрым взглядом Виору и добавил: - Я ещё поговорю с руководством школы о том, что в элитном учебном заведении делают нищеброды вроде вас.
