- Дело… дело не в нём, - смущённо сказал Хьёлас. – Мне кажется… всё прошло довольно неплохо. Но воздух… там, в кабинете, действительно очень душно.
Мастер Гато глядел на него с недоверием, но возразить не торопился. Через несколько секунд он выпрямился и снова спросил:
- Идти сможешь? Отведу тебя в общежитие, пусть хоть стажёр-целитель на тебя взглянет…
Хьёлас неуверенно поднялся. Голова слегка закружилась, но он устоял, а потом направился к выходу.
Хьёлас не помнил, как добрался до общежития, но, вроде бы, мастеру Гато не пришлось его тащить. Следующее, что он осознал, это то, что он спит на своей кровати, а в его комнату зашёл Мейс Парада, один из закреплённых за их группой стажёров-целителей. Он проводил диагностику, задавал какие-то дежурные вопросы, а Хьёлас думал только о том, чтобы его оставили в покое и дали выспаться. Потом явился Эмсат Квато, которому сообщили о внезапном недомогании его подопечного. Но поскольку погружаться в лёгкий эфир Хьёлас не собирался, то проблема была явно не по его части.
Вскоре после ужина, который Хьёлас благополучно пропустил, явился Чим.
- Привет, дружище. Рад тебя видеть, - неуверенно сказал он, оглядывая Хьёласа придирчивым взглядом.
- Угу, я тоже, - заплетающимся языком отозвался тот и попытался приподняться на подушке. – Как тут у вас?
- Так себе новости, - неохотно сказал Чим. – О Чилли Милгрэме слышал уже?
- Нет, - озадаченно отозвался Хьёлас. – Кто такой Чилли Милгрэм?
Чим досадливо закатил глаза, но объяснил.
- Наш однокурсник. Был. Убился, когда попытался сам себе вылечить головную боль.
- Очень жаль.
Хьёлас бессильно опустился на подушку и повернулся на бок, так, чтобы видеть Чима.
- Я не успел с ним познакомиться, - сказал он. – И теперь уже шанса не будет. Грустно всё это.
Он действительно так думал, но, сказать по правде, в тот момент вообще вся жизнь представала перед ним в сумрачных оттенках. Он чувствовал такую всеобъемлющую усталость, что не хотелось вообще ничего – ни продолжать обучение, ни работать в Мёртвом Городе, ни заступаться за Виору или Астрид… хотелось завернуться в одеяло и спать, спать…
- А ты чего расклеился, друг? – донёсся до него, будто сквозь толщу ваты, голос Чима. – Мастер Гато сказал мне по секрету, что тебе тяжело дался разговор с ректором. Что, всё так плохо?
- Не знаю, - ответил Хьёлас. – Он не озвучил мне своё решение. Думаю, так или иначе, но мне сообщат, какие будут последствия.
- Но что ты ему сказал?
Хьёлас вздохнул и пересказал другу, как всё было. Говорить было тяжело, но отсылать Чима не хотелось. Выслушав, друг некоторое время молчал, а потом осторожно сказал:
- Ты ведь всё равно разберёшься, что к чему, так что я скажу, что знаю, вдруг тебе это ещё пригодится. Виора ни при чём, абсолютно точно. Мы с ней общались после того случая пару раз, и мы поняли, что ты можешь прийти к такому предположению… вот только не знали, как вовремя тебе об этом сообщить и не подставиться. Книга не твоя. Астрид тебя оговорила.
«Вот оно как».
- Не хочу думать об этом сейчас, - сказал Хьёлас. – Что сделано, то сделано, менять показания я не буду, иначе возникнут вопросы, почему я учу Виору, если не до конца ей доверяю. И с какой стати прикрываю её, если подозреваю нарушение. В общем…
- Это всё ясно, - понимающе отозвался Чим. – Да ты не переживай, ты справишься…
- Угу. Только вот высплюсь.
И Хьёлас снова закрыл глаза. Какие-то странные воспоминания крутились у него в голове, что-то, что связывало его странное самочувствие с Энши Балеком. А потом он снова задремал, и даже не услышал, когда Чим вышел.
Вечером он кое-как вытащил себя из постели, чтобы явиться на поверку.
- О, смотрите-ка, обморочная леди пришла в себя! – воскликнул кто-то.
Хьёлас не без труда обернулся на голос и обнаружил Кидо Бруна, который глумливо ухмылялся. Вокруг него было слишком очевидное пустое пространство, как будто никто не хотел находиться рядом. Оно и неудивительно – этот парень убил их одноклассника и ранил куратора, все надеялись, что больше его не увидят. Но после повторного прохождения подготовительного курса ему всё-таки позволили вернуться.
- О, смотрите-ка, леди с недержанием тоже здесь, - огрызнулся Хьёлас.
С запозданием он подумал, что, наверное, стоило просто проигнорировать этого психа. Никому в классе нет дела до его слов…
- Ты такой храбрый, Апинго, как будто был не на лёгком практикуме а на спецкурсе боевой магии, - заметил Брун и многозначительно приподнял брови, как будто намекая на своё превосходство.
- А ты такой говорливый, как будто повторно проходил не подготовительный курс, а продвинутую рито…
- Строимся на поверку! – рявкнул вдруг Амри Торнгуд и демонстративно прошагал между Хьёласом и Бруном к своему месту в общем построении, словно ничего и не произошло. Другие ученики последовали его примеру, избегая смотреть на спорщиков. Брун противно ухмылялся. Он, видимо, чувствовал себя победителем уже потому, что староста перебил не его, а оппонента.
