— Она имеет в виду гостиную! — вскричала Кейти. — Нет, мы не любим там сидеть, только когда тетя Иззи зовет нас к чаю. Знаешь, гостиная у нас темная и тесная. Гораздо приятнее проводить время на воздухе. Ты так не считаешь?
— Да, иногда, — ответила Имоджин неуверенно. — Но сейчас мне бы хотелось посидеть там немного. У меня ужасно разболелась голова под этим палящим солнцем.
Кейти решительно не знала, что теперь делать.
Дети почти никогда не бывали в гостиной, которую тетя Иззи считала чуть ли не святым местом. Все кресла здесь обтянули полотняными чехлами, чтобы уберечь от пыли. Ставни всегда держали закрытыми, чтобы, не дай бог, не влетела муха. И в такую комнату впустить детей в грязных ботинках! С другой стороны, природная деликатность Кейти не позволила ей отказать гостье в просьбе. Кроме того, ее страшила мысль, что Имоджин потом расскажет всем, как Кейти Карр не разрешают находиться в самой лучшей комнате, даже когда к ней приходят гости! С тяжелым сердцем повела она подругу в гостиную, но не посмела открыть ставни, так что комната выглядела совсем темной. Она с трудом разглядела, что Имоджин уселась на софу, а Кловер стала вертеться на табуретке, стоявшей перед фортепьяно. Каждую минуту Кейти боялась, как бы не вошла тетя Иззи. От всего этого пребывание в гостиной стало для нее мучением. «Как славно было бы сейчас нежиться под аспарагусом! — подумала она. — Там мы были бы в полной безопасности».
Имоджин, которой сначала в гостиной понравилось, завела светскую беседу. Говорила она только о себе. Какие только приключения не случались с ней! Все юные леди Бёрнета, вместе взятые, не пережили столько приключений, сколько было их у Имоджин Кларк. Постепенно Кейти и Кловер настолько увлеклись этими рассказами, что уселись на пол у ног рассказчицы и слушали ее, раскрыв рты. Кейти совсем забыла о тете Иззи. Дверь гостиной открылась, но Кейти этого не заметила. Не услышала она и того, как хлопнула входная дверь, когда папа пришел домой обедать.
Доктор Карр, остановившись в холле, чтобы взять сегодняшнюю газету, услышал пронзительный голос, который доносился из гостиной. Он прислушался и услышал следующее:
— О, это было восхитительно, девочки, совершенно удивительно! Я выглядела прелестно — во всем белом, с распущенными волосами. Только одна роза была приколота здесь наверху. Он склонился передо мной и произнес низким, глубоким голосом: — Леди, я разбойник, но я чувствую притягательную силу красоты. Вы свободны!
Доктор немного приоткрыл дверь в гостиную, но увидел лишь неясные очертания нескольких фигур. Зато услышал нетерпеливый возглас Кейти:
— Продолжай! Что было дальше?
— Ради всего святого, кто разрешил детям сидеть в гостиной? — спросил папа тетю Иззи, которую нашел в столовой.
— В гостиной? — вскричала тетя Иззи очень рассерженная. — Никто не разрешал!
Подойдя к двери, она сказала строго:
— Дети, что вы делаете в гостиной? Выходите сейчас же. Я думала, что вы играете в саду.
— У Имоджин болела голова, — пролепетала Кейти. Все трое вышли из гостиной в холл. Кловер и Кейти выглядели испуганно, и даже та, которая очаровала разбойника, совсем пала духом.
— Мне очень жаль, — сказала тетя Иззи тоном вежливым, но явно неприязненным. — Может быть, у вас разлитие желчи. Дать вам камфары или другого лекарства?
— Нет, спасибо, — робко ответила Имоджин. Но потом шепнула Кейти: — Мне кажется, твоя тетя не очень-то любезна. Она похожа на Джакиму, ту ужасную старуху, о которой я вам рассказывала. Она живет у разбойника в пещере и готовит ему еду.
— По-моему, с твоей стороны невежливо говорить мне такое, — резко возразила Кейти, сильно рассердившись на Имоджин.
— Ах, не беспокойся, дорогая, не принимай мои слова близко к сердцу, — ответила Имоджин сладким голосом. — Ты ведь знаешь, мы не выбираем себе родственников.
После всего этого стало ясно, что визит не удался. Папа был очень вежлив с Имоджин за обедом, но зорко наблюдал за ней. Кейти уловила в его глазах насмешливый огонек, который ей не понравился. У папы вообще были очень выразительные глаза. Они видели всё и подчас могли сказать так же много, как его язык. Настроение Кейти упало. Позднее она призналась, что чувствует себя плохо, если за день не пробежится два-три раза вверх по лестнице и обратно, а потом не почитает хотя бы несколько страниц из «Розамунды».
— Ты рада, что она ушла? — шепнула сестре Кловер, когда они стояли рядом в воротах, глядя вслед уходящей по улице Имоджин.
— Кловер, как ты можешь? — возмутилась Кейти. Но при этом крепко обняла сестру, и, думаю, в глубине души она была рада уходу Имоджин.
— Кейти, — заметил папа на следующий день, — ты вошла в комнату точно так же, как твоя новая подруга, мисс Кларк.
— Как это? Не понимаю, что ты имеешь в виду, — ответила Кейти, но сильно покраснела.
— Вот так, — ответил доктор Карр и сделал несколько жеманных шажков по комнате, подняв плечи и согнув руки в локтях. Кейти не смогла удержаться от смеха, так это было забавно и так похоже на Имоджин. Затем папа снова уселся и притянул ее к себе.
