— Это слишком трудно для тебя, слишком трудно, — ответил доктор Карр. Но ему было очень нелегко противостоять ее «ну, пожалуйста!» И дело кончилось вот чем: — Ладно, дорогая, попробуй, хотя я сильно сомневаюсь, что все получится. Я попрошу миссис Холл пока не писать письмо в Висконсин. Подождем месяц.
«Бедная девочка, ей хочется хоть как-нибудь отвлечься от болезни, — бормотал он, спускаясь по лестнице. — Через месяц она будет рада сбросить с себя эти обязанности».
Но папа ошибался. В конце месяца Кейти была полна решимости продолжать начатое дело. Тогда он сказал: «Ну ладно. Пусть ведет дом до весны».
Работа оказалось не такой трудной, как он считал. У Кейти было много времени, чтобы обдумать каждую проблему. Дети целые дни проводили в школе, посторонние заходили редко, так что она могла спокойно осуществлять свои планы. Это очень помогало ей в работе.
Кроме того, тетя Иззи была настолько пунктуальным и точным в делах человеком, а слуги так привыкли к этому, что казалось, домом вообще никто не руководит, а все идет как надо само собой. Дебби и Бриджет понимали Кейти с полуслова.
Как только посуда после завтрака была вымыта и убрана, Дебби надевала чистый передник и отправлялась наверх за указаниями относительно обеда. Вначале это казалось Кейти забавным. Но потом необходимость день за днем заказывать различные блюда стала ее утомлять. Она никогда не видела, как готовят еду. Не имея опыта, не знала, как вносить в это дело разнообразие.
— Значит так: ростбиф, баранья нога, вареные цыплята, — говорила Кейти, загибая пальцы, — ростбиф, баранья нога, вареные цыплята. Дебби, а может, зажарить цыплят? Господи, почему бы кому-нибудь не изобрести еще каких-нибудь животных? Почему их так мало?
Затем Кейти собрала у себя все кулинарные книги, какие были в доме, и читала их до тех пор, пока у нее не пропадал аппетит, будто она проглотила двадцать обедов. Бедной Дебби эти книги внушали благоговейный страх. Она стояла у двери, и ее милое лицо трагически морщилось, когда Кейти читала вслух совершенно невыполнимые рецепты.
— Вот это, похоже, будет очень вкусно, Дебби. Я думаю, тебе это удастся. Возьми галлон устриц, пинту мясного фарша, шестнадцать крекеров, сок двух лимонов, четыре зубчика чеснока, стакан белого вина, веточку душицы, веточку тимьяна, лавровый лист, порезанный ломтиками лук…
— Как, мисс Кейти, все вместе?
— Ну, Дебби, разве ты не знаешь? Обязательно все вместе. Это есть почти во всех рецептах.
— Но, мисс Кейти, я никогда раньше об этом не слышала. Мисс Карр никогда такого не заказывала, никогда!
— Боже мой, как мне надоело! — стонала Кейти, захлопывая книгу. — Ну, давай придумаем что-нибудь еще.
Бедная Дебби! Если бы она не любила Кейти так горячо, я думаю, ее терпение уже давно лопнуло бы. Но она смиренно переносила это испытание и только иногда начинала тихонько ворчать, когда оставалась одна с Бриджет.
В то время доктору Карру довелось попробовать много необыкновенных кушаний, но он этого даже не замечал. Что касается детей, они были только рады. Обедать стало так интересно! Ведь никто не мог точно сказать, что именно он сейчас ест. Дорри, любознательный, как доктор Ливингстон[6], неизменно первым пробовал экзотическую еду, и, если он одобрял ее, выражали удовольствие и остальные.
Со временем Кейти стала умнее. Она перестала требовать от Дебби новые кушанья, и семья Карр, к всеобщему удовольствию и пользе, снова стала есть простую, жареную или вареную пищу. Но вскоре началась серия новых экспериментов. Кейти прочла книгу «Желудок» и увлеклась идеей «здоровой пищи». Она убеждала Кловер и других детей перестать есть сахар, масло, соусы, кексы, яблочные пироги и вообще почти все, чем они любили лакомиться. Больше всего она теперь любила вареный рис и держала на нем всю семью, пока наконец Джон и Дорри не взбунтовались, а доктор Карр был вынужден вмешаться.
— Дорогая, к сожалению, ты хватаешь через край, — сказал он, когда Кейти открыла свою книгу и приготовилась объяснять свою точку зрения. — Я, конечно, рад, когда дети едят простую пищу, но, знаешь, вареный рис пять раз в неделю — это уже слишком.
Кейти вздохнула, но подчинилась. Позже, когда пришла весна, ею овладел приступ постоянного беспокойства. То она посылала Кловер вниз спросить Дебби, не подгорел ли у нее хлеб и не испортились ли огурцы в банках. То волновалась, что дети ушли из дома, не надев галоши и плащи. Вообще вела себя так, будто все заботы в мире лежат только на ее плечах.
Однако для начинающего эти ошибки были естественны. Просто Кейти слишком серьезно относилась к своим новым обязанностям. Мало-помалу она становилась спокойнее и увереннее. Дела пошли более гладко. Заботы перестали мучить ее. Доктор Карр, наблюдая, как просветлело ее лицо и стали более сдержанными манеры, почувствовал, что опыт удался. Никто больше не заикался о том, чтобы пригласить экономку. Сидя наверху в своем большом кресле, Кейти твердо держала вожжи управления домом в своих руках.
