Однако этим утром они сделали свое общее дело, и объединенного фронта глав двух самых могущественных государств во всем Сейфхолде хватило — едва, но хватило — чтобы отвергнуть этих телохранителей. Что объясняло, как они вдвоем, в сопровождении Дариуса Паркейра и в окружении орды чарисийских имперских стражников и солдат стражи протектора Сиддармарка, оказались верхом на территории форта Реймир, огромной военной базы к северу от Сиддар-Сити. Стража протектора настойчиво добивалась того, чтобы лорд-протектор и его гость воспользовались для поездки закрытым экипажем, предпочтительно с двумя другими экипажами, отправленными в альтернативные пункты назначения в качестве приманки, чтобы отвлечь стаю убийц, слоняющихся у ворот дворца протектора — вероятно, с полевой артиллерией, скрытой под их пальто — но Мерлин и остальные стражники Кэйлеба знали, что на это нет никакой надежды. И поэтому ему и Стонару было позволено насладиться долгой поездкой в удивительно теплый и солнечный день.
Им это доставляло удовольствие, но даже в такой погожий день, во время увеселительной экскурсии отчеты и карты, над которыми они корпели так много времени, были их постоянными спутниками. Теперь Кэйлеб пожал плечами в ответ на замечание Стонара.
— У Эйвы замечательный послужной список в том, что она делает все правильно там, где замешан Храм, — отметил он почти спокойным тоном. — И у нас есть донесения герцога Истшера и генерала Уиллиса об их собственном прогрессе. Я согласен, было бы… утешительно иметь доказательства правильности нашей текущей информации на другой стороне, но боюсь, что есть только один способ узнать наверняка. И через пару дней мы это сделаем. — Он криво улыбнулся. — Так или иначе.
Стонар фыркнул.
— Тактично с твоей стороны отдать должное Эйве. Но ты, конечно, прав. Благодаря ее источникам и вашей собственной довольно замечательной шпионской сети, — он взглянул на высокого стражника с сапфировыми глазами, ехавшего слева от гнедого коня Кэйлеба, — мы получили удивительно точный анализ намерений и действий храмовой четверки. И они были удивительно уродливы.
Его рот сжался, а взгляд стал мрачным и жестким. Отчет, которым Эйва Парсан поделилась с ними накануне, касался условий содержания в концентрационных лагерях генерала-инквизитора Уилбира и изнурительных, непрекращающихся смертей их узников. Никто на Сейфхолде, кроме ближайшего окружения союзников Мерлина Этроуза, никогда не слышал о людях по имени Адольф Гитлер, Иосиф Сталин или Пол Пот, но Уилбир Эдуирдс, казалось, был полон решимости подражать их достижениям. Должно было стать хуже, прежде чем станет лучше — все они это знали — и это было одной из причин, по которой Стонар и Кэйлеб согласились поддержать планы Грин-Вэлли, несмотря на позднее время года и суровую зиму в северном Сиддармарке. Лагеря были сосредоточены в северо-западных провинциях республики, и кратчайший путь к их освобождению лежал непосредственно через армию Силман Барнабея Уиршима.
И все же, хотя оба они страстно желали прорваться в лагеря, они знали, что не смогут этого сделать сейчас. И главной причиной, по которой они не могли этого сделать, было огромное скопление армии Шайло, прокладывающей себе путь через Саутмарч к форту Тейрис. Дорогостоящий провал герцога Харлесса против Тесмара был убедительным свидетельством качества этой армии, но ее огромные размеры делали ее угрозой, которой просто необходимо было противостоять. Более того, нельзя было упускать из виду свидетельства того, что доларский компонент армии Шайло неуклонно становился все более опытным и опасным. Не могла помочь и та развалина, в которую уже превратилась провинция Шайло. Лояльное ополчение Шайло и регулярные войска сиддармаркской армии, посланные ему на подкрепление, оказались в затруднительном положении, пытаясь сохранить контроль над провинцией к северу от Колстира и к востоку от реки Блэкберн. Три четверти ее было в руках повстанцев или превратилось в выжженную пустошь, которую никто не удерживал. Если бы к этой ситуации добавилась сила размером с армию Шайло…
Освобождение концентрационных лагерей инквизиции в кратчайшие возможные сроки было моральным императивом; остановить армию Шайло недалеко от провинции, в честь которой она была названа, было императивом выживания. И это было то, что привело к нынешнему разговору.
— Проблема, — продолжил Стонар, — заключается в том, что даже текущая оценка Эйвой положения Харлесса — это всего лишь обоснованное предположение. Конечно, я думаю, что это хорошая идея. Основываясь на том, что мы видели у деснаирцев до сих пор, я был бы шокирован, если бы они действительно были ближе к форту Тейрис, чем мы предполагаем. Но я и раньше был шокирован — «Меч Шулера» приходит на ум как недавний пример того, как это работает — и как бы хороша ни была ваша армия, и как бы искусно ни проявил себя герцог, мысли о том, что он окажется зажатым между армией Шайло и фортом Тейрис с едва четырнадцатью тысячами человек достаточно, чтобы я не спал по ночам.
