Хирст поднялся со своего офисного кресла и вежливым жестом пригласил седовласого графа пройти с ним к окну, выходящему на воды Порт-Ройяла. Эти воды были не такими бурными, как тогда, когда империя сосредоточилась на отправке всех в армейской форме в Сиддармарк, но они были достаточно заняты, чтобы продолжать работу.
— Как вы можете видеть, милорд, мы собрали почти весь транспорт, который нам нужен. На самом деле найти войска для его заполнения немного сложнее, вы понимаете, но я верю верховному адмиралу на слово, что необходимые морские пехотинцы прибудут со дня на день. Угольщики уже здесь, и к концу этой пятидневки мы погрузим последний уголь, хотя я обнаружил, что нам нужно больше кораблей снабжения, чем мы думали, когда все это было просто блеском в глазах верховного адмирала. Кажется, так получается всегда, и именно поэтому я не удивляюсь, что бегаю вокруг, как виверна с горящим хвостом, собирая дополнительные галеоны. Помогло бы, если бы мы не отправили все, что могло уплыть, в республику, но, похоже, мы получаем достаточно дополнительных корпусов из Старого Чариса, чтобы компенсировать это. У нас также будет достаточно сопровождения, чтобы следить за происходящим, и я мог бы также признать, что присутствие «Тандерера» и «Дреднота» заставляет меня чувствовать себя намного комфортнее, когда я обдумываю операцию. Не то чтобы я не хотел бы так же быстро получить вместо этого первый корабль класса Кинг Хааралд. Конечно, полагаю, в этом-то все и дело.
Губы Хирста снова изогнулись в улыбке, и Шарпфилд фыркнул. Не то чтобы это было так уж смешно, — предположил граф, — вспомнив ужасный день с громом, дымом и вонью серы, плывущей над проливом Даркос. Он командовал флотом королевы Шарлиан в той битве и знал, как сильно она возмущалась тем, что ее втянули в союз Гектора Дейкина против королевства Чарис. Это облегчило его решение, когда он понял, насколько превосходили любую галеру новые, вооруженные пушками галеоны королевского флота Чариса. Было бы еще проще, если бы он не знал, как Жаспар Клинтан и инквизиция, вероятно, отреагируют на его приказ о том, чтобы его корабли сменили цвета.
К счастью, его королева была очень умной женщиной, которая приняла правильное решение, когда Кэйлеб из Чариса сделал предложение руки и сердца, и было бы неплохо вернуть битву врагу. Тем более, что на этот раз это будет правильный враг, — подумал он. — Он никогда не хотел сражаться с Чарисом, и он глубоко сожалел о смерти короля Хааралда в проливе Даркос. Однако он чувствовал себя несколько иначе, когда дело касалось Храма и его приспешников, и у него были очень личные счеты с королевским доларским флотом. Те, которые на самом деле имели довольно много общего с проливом Даркос — или, по крайней мере, с его последствиями.
До своей капитуляции он никогда не встречался с Брайаном Лок-Айлендом или Гвилимом Мантиром. Однако впоследствии он хорошо узнал их обоих, и, несмотря на смерть их любимого короля — и тот факт, что оба они точно знали, что Клинтан намеревался сделать с их домами и семьями, — они позаботились о том, чтобы к их пленникам относились с уважением. Они позволили сдавшимся офицерам сохранить свои мечи, не допускали жестокости, предоставили целителей и вытащили всех выживших, кого смогли, из вод пролива. Они стали друзьями Шарпфилда, а не просто его пленителями, и Лок-Айленд приветствовал Шарпфилда как второго по старшинству адмирала имперского чарисийского флота после слияния Старого Чариса, Чисхолма и Эмерэлда.
Теперь они были мертвы. Лок-Айленду, по крайней мере, был дарована возможность умереть, сражаясь за своего императора и императрицу и все то, во что он верил, в битве, которая сокрушила флот Бога и имперский флот Харчонга. Мантиру этого не дали, и Шарпфилд почувствовал знакомую вспышку ярости, когда вспомнил, что инквизиция сделала с его другом и людьми под его командованием. Людьми того же чарисийского флота, который всегда предоставлял пощаду своим врагам, относился к ним с обычной порядочностью, как будто они действительно были людьми.
И именно Тирск и его драгоценный король Ранилд передали Гвилима и его людей этой свинье Клинтану, — думал теперь граф, слепо глядя на оживленную гавань. — Я почти уверен, что это была не идея Тирска, но за что-то подобное приходится платить, независимо от того, ваша это идея или нет, и я не единственный офицер во флоте их величеств, который хочет немного отомстить. На самом деле, это большая расплата.
Он не собирался получать эту расплату в ближайшем будущем, по крайней мере, в полном объеме. Но примерно через месяц, если предположить, что Хирст справится со своей «очень трудной» работой, сэр Льюк Колмин и имперский чарисийский флот внесут свой первый первоначальный взнос по этому конкретному долгу.
